Бесплатные шаблоны Joomla

Л.В. Ивасько, Т.В. Лобанова Отражение некоторых ритуалов промысловых культов северных остяков в остеологических материалах Надымского городища (по данным комплексных исследований 1999-2002 гг.) // Угры. Материалы VI Сибирского симпозиума «Культурного наследия народов Западной Сибири» Тобольск. 2003. С. 69-71.

Л.В. Ивасько, Т.В. Лобанова Отражение некоторых ритуалов промысловых культов северных остяков в остеологических материалах Надымского городища (по данным комплексных исследований 1999-2002 гг.)

Опубликовано в: Угры. Материалы VI Сибирского симпозиума «Культурного наследия народов Западной Сибири» Тобольск. 2003. С. 69-71.

В результате комплексных исследований Надымского городища в 1998-2003 гг. раскопками изучены культурные слои конца 16 – первой трети 18 веков, параллельно проведены остеологические и этнологические работы. Последние включают сбор сведений о современном коренном населении нижнеобского региона и его культурных традициях. Одной из задач проведения этнологических исследований является создание базы данных для интерпретации тех археологических материалов, функциональное или семантическое значение которых невозможно определить ввиду отсутствия археологических аналогий.

По результатам раскопок и анализа предметов материальной культуры установлено, что Надымский городок состоял из нескольких (четырех или шести) кварталов, минимум в двух из которых проживали северные остяки (кварталы №№ 1 и 2). Собранный остеологический материал, помимо данных по хозяйственно-промысловой деятельности населения городка, предоставляет также возможность для реконструкций некоторых проявлений духовной культуры, в частности, промысловой обрядности. Культурный слой городища чрезвычайно насыщен костными остатками. Чаще всего они представляют собой хаотичное смешение костей различных животных, птиц и рыб. Тем не менее, в процессе раскопок в разные годы неоднократно отмечались скопления определенных остатков некоторых представителей фауны. Так, в 2002 г., в процессе исследований слоя первой половины 17 в. постройки № 3, расположенной в «остяцком» квартале, было зафиксировано скопление из 7 заячьих черепов. Они залегали компактно на полу в юго-восточном углу постройки. У всех черепов отсутствовали затылочные кости и нижние челюсти. В 2000 г. в осыпи берега на линии 64 было найдено внушительное скопление костей различных животных. В том числе: 241 череп зайца-беляка и более 300 костей кистей лап зайцев; 202 черепа и 119 хвостовых позвонков песца; 60 черепов и 105 хвостовых позвонков соболя; 9 хвостовых позвонков собаки, 2 черепа и 2 лапы нерпы, а также незначительное число костей лап белки и лисицы, 1 череп горностая и 5 черепов бобра. В этом же скоплении находилось 162 клюва куропатки из 729 общего количества ее костей. И это при незначительном количестве других частей скелетов названных видов.

Кроме того, требовали объяснения и другие остеологические находки, например, крышка заячьего черепа с отверстиями для подвешивания (найдена в слое середины 17 в.). Несмотря на то, что на городище собрана уже внушительная коллекция подвесок из зубов, челюстей и таранных костей различных животных, находка просверленной черепной крышки зайца единична. Предположить использование ее в качестве украшения не позволяет отсутствие этнографических аналогий. Любопытно также нахождение отрубленных мумифицированных задних лап зайцев или расположенных в анатомическом порядке костей лап. На наш взгляд, приведенные данные отражают целенаправленное собирание и хранение черепов, костей и частей тела определенных животных и птиц. Примеры такого отношения к костным остаткам были неоднократно зафиксированы в процессе раскопок некоторых археологических памятников ранних археологических периодов, а также в этнографической литературе. Единое мнение в интерпретации этого феномена отсутствует.

В процессе этнологических исследований, проведенных летом 2003 г. у нижнеобских остяков родов Тайшиных, Салиндер и Куибиных в пос. Горнокнязевск Приполярного района Ямало-Ненецкого автономного округа, особое внимание было обращено на остеологические материалы, отражающие ритуалы, связанные с промысловыми культами. В частности, снаружи одной из стен зимнего дома Салиндер была найдена связка черепов зайцев, нанизанных на кольцо из железной проволоки. По словам владелицы дома, черепа собирали в мешок, который подвешивали в доме и хранили год. Тайшины собирали и хранили точно также черепа куропаток. А на чердаке дома Ендыревых лежали скрученные в кольцо засохшие песцовые хвосты. По сведениям информантов, нельзя было допустить, чтобы во время охотничьего сезона эти части тела съели собаки. Зафиксированные обряды основаны на представлениях о том, что поедание собаками голов и хвостов промысловых животных во время сезона могло явиться причиной неудачи в охоте.

По материалам Надымского городища, хвостовые позвонки песца в культурных слоях всех исследованных хронологических периодов составляют от 0 до 36% от минимального количества особей. Особенно показательны данные за 2002 год – в слое первой половины 17 в. в постройках и межжилищном пространстве квартала № 1 найдено остатков от минимум 40 особей песца, и лишь 1 хвостовой позвонок. На территории многофункциональной площадки перед северо-западным входом в городище в этом же году минимальное количество особей песца составило 24 единицы, хвостовых позвонков – 9. И, хотя не зафиксировано случаев совместного залегания нескольких позвонков от одного хвоста, можно уверенно говорить, что, во всяком случае, хвосты не раскидывали также как остальные части скелета песца. То же касается и голов белой куропатки. На территории 1,2 и 3 кварталов в 2000 г. собраны остатки минимум от 40 особей и ни одного черепа. В слое первой половины 17 в. наибольшее количество остатков куропатки найдено на многофункциональной площадке – минимум от 274 особей, тогда как на это количество приходится всего 20 относительно целых черепов. В слое этого же хронологического периода на территории других раскопов значительно меньшее количество особей вообще: в квартале № 1 – 5 единиц, в квартале № 2 – 49, в квартале № 3 (постройка 8) – 50. Последние цифры могут означать, что добытая дичь разделывалась чаще на площадке перед сооружением, а не внутри отдельных построек.

Анализ статистических данных по остеологическому материалу показывает, что количество особей песца, зайца и куропатки на всей площади городища увеличивается по мере расчистки все более ранних слоев его функционирования. Например, если в кварталах №№ 1и 2 в 1999-2000 гг. (культурные слои конца. 17 – первой трети 18 вв.) было собрано костных остатков минимум от 12-ти особей песца, то на этой же территории в 2002 г. (слои первой половины 17 в.) минимальное количество особей песца составило уже 40 единиц. Почти такое же увеличение минимального количества особей выявлено для зайца-беляка и для белой куропатки. Вероятно, это связано с тем, что значимость этих видов как основных объектов промыслов уменьшается к концу существования городка. Возможно, в то же время происходят изменения в обрядах, связанных с их добычей. Показательно, что на многофункциональной площадке в слое конца 16 – начала 17 вв. найдено костей минимум от 23 особей зайца-беляка и только 7 черепов, а в слое 1 половины 17 в. количество особей и черепов совпадает – 29 единиц.

Заброшенные дома современных хантов, равно как и руины остяцких домов Надымского городища завалены черепами и костями различных животных и птиц. Их беспорядочное нагромождение на первый взгляд напоминает обычную помойку. Тем не менее, отдельные явления отражают некие обряды промысловых культов. Это дает возможность, во всяком случае, применительно именно к Надымскому городку, провести ретроспективную реконструкцию некоторых видов такой обрядности. Вероятно, она связана с особой промысловой значимостью определенных животных и птиц, в частности, важными объектами охоты здесь были песец, заяц и куропатка. Дальнейшие исследования в этом направлении предполагают выявление как хронологических, так и этнических особенностей развития этих обрядов.

   
© Ямальская археологическая экспедиция, 2003-2017
Яндекс цитирования