Бесплатные шаблоны Joomla

Бауло А.В., Маршак Б.И., Федорова Н.В.. Серебряные блюда с реки Войкар // Археология, этнография и антропология Евразии. № 2 (18), 2004. С.107-114.

 

 Серебряные изделия эпохи средневековья, произведенные в странах Востока и Запада, и найденные в Приобье сравнительно мало изучены - более знакомы исследователям и широкой публике серебряные сосуды и украшения, обнаруженные в Прикамье. Лишь в последние десятилетия ХХ - начале ХХI вв. западносибирские находки стали приобретать вполне заслуженную известность. Этому, во-первых, способствовали две выставки "Сокровища Приобья", одна из которых прошла в 1996 г. в Государственном Эрмитаже, вторая открылась в сентябре 2003 г. в Ямало-Ненецком музейно-выставочном комплексе в г. Салехарде, тем более, что открытие обеих выставок сопровождалось изданиями каталогов [Сокровища Приобья, 1996; Сокровища Приобья, 2003]. Во-вторых, вышла серия работ, посвященных публикации отдельных вещей и целых групп с подробным анализом контекста находок, как древнего, так и современного, и их атрибуцией [Гемуев, 1988; Бауло, 2000; Бауло 2001; Бауло, 2002; Бауло, Маршак, 2001; Борисенко, Худяков, 2003; Федорова, 2002; Федорова, 2003; Яковлев, 1995; Яковлев, 2000]. Тем не менее, полного представления о богатстве региона шедеврами средневекового сереброделия до сих пор нет, так как, практически, каждый год появляются новые известия о серебряных сосудах или других предметах из серебра и бронзы.

Исходя из этого, авторы статьи видят свою задачу в максимально подробной публикации двух новых находок из Шурышкарского района Ямало-Ненецкого автономного округа, ставших известными в 2001 г. в ходе работ Приполярного этнографического отряда Института археологии и этнографии СО РАН [Бауло, 2004].

Первая из них - серебряное блюдо с изображением филина, стоящего на спине оленя, и взлетающей утки (рис. 1). Оно было найдено в начале 1970-х гг. на р. Войкар в Шурышкарском районе Ямало-Ненецкого автономного округа. По информации владельца блюда, находка была сделана при спаде воды на берегу реки около Святого мыса. Блюдо почти полностью было укрыто в песке, наружу выходил только тот край, который и был разрушен донными камнями.

Рис. 1. Серебряное блюдо с изображением филина, стоящего на спине оленя. IX - X вв.

Рис. 1. Серебряное блюдо с изображением филина, стоящего на спине оленя. IX - X вв.

По обычаю, люди, проплывавшие мимо мыса, бросали в воду монеты или металлические изделия в жертву живущему здесь духу. Это, возможно, объясняет причину попадания блюда в воду (ср: В районе Вагильска в водоворот, называемый среди вогулов "котельным водоворотом", бросали в качестве жертвы живущему в нем духу медный котел [Kannisto, 1958, S. 308]).

В последние годы блюдо хранилось в одном из поселков на р. Сыне в составе семейных святынь. В связи со статусом найденной вещи блюдо, завернутое в несколько платков, постоянно находилось в сенях дома (т.е. вне жилого помещения). Блюдо использовали при жертвоприношении оленя: хозяин дома обводил блюдом пространство вокруг шеи животного и вдоль спины. Таким образом подчеркивалось, что олень подносился в жертву семейному духу-покровителю, который выступал в птичьей ипостаси. По мнению хантов на блюде и была изображена сцена жертвоприношения оленя, на спине которого стоял предок-покровитель в облике филина (рис. 2).

Рис. 2. Центральный медальон блюда.

Рис. 2. Центральный медальон блюда.

Следует заметить, что для поселков сынских хантов характерно почитание предков в облике птиц: кукушки, орла, горного гуся (казарки). Охранители поселка в образе Старика-филина на протяжении XIX - XX вв. были известны у кондинских [Там же, S. 188 - 189], ляпинских (пос. Межи-пауль, Хурумпауль) [Чернецов, 1939, с. 25; Гемуев, Сагалаев, 1986, с. 8 - 16] и верхнесосьвинских (пос. Халпауль) манси [Источники..., 1987, с. 204 - 206; Гемуев, Бауло, 1999, с. 36 - 39]. В более ранней практике в ходе обряда блюдо, видимо, вывешивалось, о чем говорит имеющееся в нем отверстие.

В 2003 г. блюдо было приобретено для Музея Института археологии и этнографии СО РАН в Новосибирске.

Второе блюдо - с изображением всадника, убивающего льва (рис. 3). Оно было найдено хантом-оленеводом в 1950-х гг. в верховьях р. Войкар во время летней перекочевки оленей по Северному Уралу. В момент находки блюдо лежало на земле.

Рис. 3. Серебряное блюдо с изображением всадника, убивающего льва. IX - X вв.

Рис. 3. Серебряное блюдо с изображением всадника, убивающего льва. IX - X вв.

К сожалению, мы не знаем, как использовалось блюдо в обрядовой практике хантов до его находки в середине ХХ в. Исходя из имеющегося отверстия в крае блюда, можно предполагать, что оно подвешивалось за кожаный ремешок во время ритуальных церемоний. В современных представлениях войкарских хантов фигура всадника на коне однозначно ассоциируется с изображением Сына Верховного бога - Мир-ваннты-хэ.

В последние годы блюдо входит в состав семейных святынь. Завернутое в материю, оно хранится в сенях дома. Данное место хранения блюда, как и в случае с первым блюдом, определяется тем, что оно имеет статус найденной вещи. По праздникам и при жертвоприношении оленя блюдо выставляют вместе с фигурами домашних духов-покровителей. Ему также преподносится рюмка водки и ставится угощение.

Описание блюд.

1. Серебряное блюдо с изображением филина, стоящего на спине оленя, и взлетающей утки.

Техника изготовления. Круглое блюдо диаметром 39,2 см выполнено ковкой, бортик утолщен, снизу с лица пройден чеканом. Ширина бортика 0,9 см, толщина 0,15 см, толщина блюда около 0,05 см. Блюдо выполнено из трех наложенных один на другой металлических листов (Табл. 1).

Таблица 1. Количественный химический анализ серебряного блюда с изображением филина, IX - X вв. (% массы):

Определяемый элементВерхний слойСредний слойНижний слой
Ag ~60,5 ~37,0 ~63,6
Al 1˙10-2 <3˙10-3 3˙10-3
Au 0,11 0,11 0,11
Bi 2˙10-2 2˙10-2 2˙10-2
Ca, Si, Fe, Mg 3˙10-2 3˙10-2 3˙10-2
Cd 6˙10-4 6˙10-4 6˙10-4
Co <1˙10-3 1˙10-2 <1˙10-3
B, Cr, Mo, Pd, Ti, Pt, Zr, V, La <4˙10-3 <4˙10-3 <4˙10-3
Cu 36,0 52,0 33,0
Mn 2˙10-3 4˙10-4 2˙10-3
Ni 1˙10-3 1˙10-2 ≤1˙10-3
Pb 0,26 0,20 0,26
Sb 2˙10-2 8˙10-3 2˙10-2
Sn 0,40 0,2 0,42
Zn 2,6 10,0 2,6

Погрешность определяемых концентраций примесей характеризуется относительным стандартным отклонением sk=0,15-0,2.

Методы анализа: атомно-эмиссионный спектральный, химико-атомно-эмиссионный спектральный, атомно-абсорбционная спектрометрия.

Аппаратура: спектрограф PGS-2, AA спектрофотометр Z-8000, Hitachi

Анализ выполнен старшим научным сотрудником Института неорганической химии СО РАН Т.А. Чанышевой.

 

Декор выполнен тонким и очень хорошим точечным чеканом с лица, при этом изображения слегка как бы поднимались, становились немного выпуклыми. Чеканом по-видимому проходили по контуру, очерченному предварительно тонким металлическим инструментом - в двух местах это заметно, так как инструмент соскользнул и от него остался след. Голова центрального персонажа - филина - по-видимому, чеканилась на мягкой подложке, она заметно более выпуклая, чем остальные изображения. На обороте хорошо видны негативы от чеканки.

Сохранность. Блюдо сильно помято, потрескалось, местами отслоилось верхнее покрытие. С оборота также фиксируются трещины. В правой верхней части утрачен фрагмент части, прилегающей к бортику. Поверхность покрыта темной патиной. Лучше всего сохранился центральный медальон - без утрат, лишь слегка в некоторых местах отслоилось верхнее покрытие.

Декор сосредоточен в центральном медальоне. Медальон круглый, диаметром 20,7 см. Обведен бордюром шириной 1 см. Бордюр орнаментирован узором, состоящим из двух параллельных дуг, расположенных поперек него, и отходящего от них вертикального штриха с тремя круглыми отпечатками чекана, сгруппированными в пирамидку. Композиция состоит из трех взаимодействующих персонажей: филин с распахнутыми крыльями стоит на спине оленя, между ними внизу располагается фигурка летящей водоплавающей птицы, похожей на утку.

Филин. Фигура и голова филина изображены в фас, крылья распахнуты, маховые перья свисают вниз, мощные когтистые лапы стоят на спине оленя, одна на задней части, другая в области шеи, опущенный хвост свисает на бок оленя. Голова филина в форме слегка сплющенного сверху круга, обведена имитацией витого канта, длинные перья на голове переданы уголками, вложенными один в другой. Клюв изображен во фронтальной проекции, круглые глаза со зрачком, выполненным отпечатком чекана, снабжены отходящим вниз штрихом - слезной бороздкой. На шее птицы изображен ряд из трех кружочков. Верхняя часть крыльев ладьевидной формы, обведена орнаментальным кантом, украшенным косо поставленными отрезками. Вниз с каждой стороны спускаются по четыре гладких, неорнаментированных пера. Туловище гладкое, неорнаментированное, прямоугольной формы, внизу поясок, имитирующий витой кант. Лапы четырехпалые, один палец резко отставлен, верхняя часть лап обведена сердцевидным кантом, орнаментированным косо поставленными отрезками. Когти выделены полукружиями, на каждой лапе отпечаток пунсона. Хвост, состоящий из трех перьев, в верхней части орнаментирован рядом из трех кружков, аналогичным тому, который располагался на шее птицы.

Олень. Расположен внизу композиции, в профиль влево. Трехчастные рога изображены расходящимися в разные стороны, в основании рогов - волнистая линия. Лоб выпуклый, нос небольшой, обрисована ноздря, глаз миндалевидной формы с дугой внутри, под подбородком изображен треугольный выступ, скула очерчена плавной линией. Пасть передана прямой линией. Очертания и пропорции тела, рисунок короткого хвоста соответствуют реальному прототипу, ноги сведены вместе, обрисованы обе - и правые и левые - конечности, раздвоенные копыта непропорционально длинные. Передние подняты вверх, лежат на бордюре, окружающем центральный медальон, задние также опираются на бордюр, но подогнуты под живот оленя. Так же, как на лапах филина, на каждой ноге оленя - отпечаток круглого пунсона. Вдоль линии абриса живота, задней части и хвоста - короткие нарезки, по-видимому, имитирующие шерсть.

Водоплавающая птица. Птица похожа на утку, изображена в профиль к зрителю. Короткая шея вытянута, одно изображенное крыло поднято, лапа поджата под живот. Глаз миндалевидной формы, на шее - дуга из отпечатков точечного чекана. Плечевая часть крыла отделена от маховой такой же дугой, на крыле изображены четыре пера, орнаментированные короткими отрезками и насечками. Хвост отделен от туловища двойной линией, пройденной точечным чеканом, между которыми размещены в ряд отпечатки круглого пунсона. На хвосте изображено пять перьев, украшенных также, как и крыло - короткими косо поставленными насечками. На плавно обрисованной лапе, прижатой к животу - отпечаток круглого пунсона.

Особенности техники и изобразительных приемов. Блюдо трехслойное, что встречается редко. В декоре сочетается тонкий точечный чекан и круглый пунсон. К особым художественным приемам относятся некоторые элементы: двойные дуги с отходящим от них штрихами (характерный мотив аббасидской живописи IX в.) и пирамидкой из отпечатков пунсона; рисунок в виде фигурной скобки, которым обрисованы некоторые детали изображений - живот и ноги оленя, когти филина. Видимо, важной деталью для мастера, наносившего декор, были отпечатки круглого пунсона, которыми он обязательно помечал ноги и лапы персонажей.

Образцы. В какой-то степени "блюду с филином" по композиции декора аналогично позднесасанидское блюдо из клада, найденного в центре г. Уфы, датируемое VП - VШ в. [Тревер, Луконин, 1987, с. 116, кат. № 29]: там также хищная птица - орел - с распахнутыми крыльями стоит на спине лани. Можно усмотреть некоторые общие черты и в трактовке сюжета - непропорционально большая фигура птицы с распахнутыми крыльями; изобразительных приемах - отделение верхней части крыла кантом из параллельных линий. Блюдо из клада у деревни Мальцевой Кудымкарского района Пермской губернии датировано VII - VIII вв, композиция та же самая - хищная птица стоит на спине газели [Там же, с. 119, кат. № 41]. В овальных медальонах, украшающих серебряную бутыль VI - VII вв. также запечатлена аналогичная сцена - крупная хищная птица, стоящая на спине газели, лежащей с подогнутыми ногами [Там же, с. 116, кат. № 31]. Бутыль была обнаружена у деревни Куриловой Осинского уезда Пермской губернии. Подобная же сцена среди прочих украшает еще одну бутыль, также датированную VI - VII вв. [Там же, кат. № 30]. По общим принципам построения композиции - размещение ее в круглом медальоне, обведенном бордюром; форме блюда - тарелка с отогнутыми краями и бортиком по краю; а также позе копытного - с подогнутыми ногами можно усмотреть сходство и с согдийскими сосудами VIII в. школы А [Маршак, 1971, с. 21 - 23], найденными также в Прикамье [Даркевич, 1976…].

Аналогии. Аналогии изображениям на блюде уводят сразу в три различных по происхождению группы художественного металла. Во-первых, это группа "урало-венгерского" серебра - несколько блюд из северного Предуралья (починок Утемильский) и южного Ямала (могильник Хето-сеи) датированных IX - X вв. [Сокровища Приобья, 1996; Сокровища Приобья, 2003]. С этой группой "блюдо с филином" объединяют как техника нанесения декора - тонкий и точный рисунок, выполненный точечным чеканом, так и несколько повторяющихся художественных приемов - изображение двух параллельных дуг с отходящим от них штрихом; штриховка короткими косыми насечками линии живота или ног животных; своеобразный рисунок в виде фигурной скобки. Блюдо из починка Утемильского, так же как и Войкарское блюдо с филином, выполнено в редкой технике наложения тонкого листа серебра на более массивную основу. Рисунок летящей водоплавающей птицы на блюде с филином и разрезанном диске с Ямала [Сокровища Приобья, 2003, с. 57] практически одинаков, хотя надо признать, что сохранность этого персонажа на диске с Ямала очень плохая. Все это позволяет отнести блюдо с филином к продукции того же центра и датировать временем IX - X вв.

Во-вторых, подобная сцена - хищная птица, стоящая на спине травоядного - встречена на блюде, атрибутированном как раннебулгарское [Федорова, 2003, с. 149], известном более как блюдо с сокольником из Томской губернии [Смирнов, 1909; Даркевич, 1976]. На нем сцена дополнена изображением человеческой фигуры.

Рис. 4. Изображение филина на бронзовой бляхе. Сайгатинский VI могильник. X - XI вв.

Рис. 4. Изображение филина на бронзовой бляхе. Сайгатинский VI могильник. X - XI вв.

 

Наконец, в третьих, это круг аналогий, связанный с западносибирским бронзовым литьем. Сюжет "хищная птица (иногда сова или филин), стоящая на звере", причем в той же иконографии - в фас, с распахнутыми крыльями и опущенным на спину животного хвостом - встречается с раннего железного века. Самые ранние датированные вещи с этим сюжетом происходят из комплекса Усть-Полуйского святилища [Усть-Полуй, 2003, кат. № 16, 31]. В эпоху средневековья изображения совы (филина) в фас, с распахнутыми крыльями довольно многочисленны. Одно из них - на круглой бляхе, найденной в погребении 73 Сайгатинского VI могильника, практически, тождественно изображению филина на блюде (рис. 4) [Древние бронзы, 2000, кат. № 28]. Бляха датируется X - XI вв.

Серебряное блюдо с изображением всадника, льва, двух оленей и двух птиц.

Техника изготовления. Круглое блюдо диаметром 30,5 см, высотой 2,5 см выполнено ковкой, вертикальный бортик утолщен, снизу с лица пройден чеканом. Декор выполнен по предварительно нанесенному рисунку тонким точечным чеканом с лица. Работа производилась на мягкой подложке, так, что рисунок выглядит несколько приподнятым. С оборота хорошо виден негатив изображения.

Сохранность. Блюдо сохранилось полностью, нижний (относительно рисунка) край покрыт темной патиной. В верху под бортиком пробито небольшое аккуратное отверстие.

Декор занимает всю площадь внутренней стороны блюда, представлен сценой охоты всадника на льва, перед лицом всадника - две фигурки оленей, сзади над крупом коня и над правым плечом всадника - две птицы.

Всадник. Нижняя часть фигуры всадника изображена в профиль, так, что видна только правая нога; верхняя развернута в три четверти к зрителю. На голове всадника убор типа башлыка, с окончанием в виде тройной полупальметты, лежащей на правом плече. Штрихи, делящие полупальметту на части, заканчиваются двумя параллельными штрихами, на крайнем листе ее - пять точек. Лицо всадника овальное, длинные брови расположены параллельно верхнему абрису больших миндалевидных глаз, у которых изображена радужная оболочка, но не изображен зрачок. Прямой нос нарисован от внутренних углов глаз, рот очень маленький, усы короткие. Всадник одет в длинный, до колен, кафтан, расходящийся от пояса на две полы. Пояс орнаментирован узором из двух поперечных параллельных дуг, от которых отходит штрих с точкой. Так переданы ремни, хвосты птиц и крылья грифонов в аббасидской живописи Самарры 2-ой трети IX в. [Herzfeld, 1927, Taf. LXIII, LXV, LXVI, LV, LXV, LXVI, LXIX]; в X - XI вв. этот мотив применяли как орнаментальный и рисуя птичий хвост [Marschak, 1986, Abb. 115 - 118; Даркевич, 1976, кат. № 42, 44 - дата последнего не позднее первой пол. XI в. [Marschak, 1986, S. 111]]. Лицо с огромными глазами тоже восходит к раннеисламской художественной традиции [Herzfeld, 1927, Taf. II - VI, IX, XXV - XXVI, LI - LV, LXVII - LXVIII, LXX, LXXI; Wilkinson, 1973, Pls. 59, 62, 64, 65, 66, Color Pls. II - VI]. Пальметка головного убора всадника похожа на ту, которые украшают саманидскую чашу Больше-Аниковского клада [Marschak 1986, Abb. 118]. На ногах всадника мягкие сапоги с острым носком и строчкой, отделяющей нижнюю часть сапога от голенища (?). У него подчеркнута развитая мускулатура верхней части - плеч и рук. В руках он держит копье, которым поражает голову льва.

Конь. Массивный конь с фигурой округлых очертаний показан в профиль. Передние ноги как бы зажимают фигуру льва, задние переданы в шаге, так, что правая нога опирается на бортик блюда, левая приподнята и "перешагивает" через львиные лапы. Морда коня передана овалом, глаз такой же формы и размера, как и у всадника, тоже без зрачка. На лбу коня - челка, уши орнаментированы вертикальным рядом отпечатков чекана. Грива у коня не изображена. На шее и голове коня - оголовье, состоящее из ремней и двух круглых блях. Бляхи орнаментированы в центре отпечатком чекана, ремни (налобный и шейный) украшены узором в виде двух дуг с отходящим от них штрихом. Дуга, идущая от оголовья к нижней челюсти коня, возможно, изображает уздечку, положенную на шею, так как руки всадника заняты копьем. Крупный псалий изогнут в виде буквы S, с окончаниями в виде фигурной скобки. От седла прорисована только загнутая волютой задняя лука и чепрак, свисающий ниже уровня колена всадника (?). Стремя маленькое, квадратное - в него только-только входит носок сапога всадника. От седла к хвосту коня изображен задний сбруйный ремень, украшенный тем же орнаментом, что и пояс всадника. Хвост коня не орнаментирован. В нижней части ног изображены мохнатые бабки, по верхней части копыт - ряд точечного орнамента. На каждом копыте нанесено по одному отпечатку круглого пунсона.

Лев. Изображен в профиль, он лежит под ногами коня, всадник пронзает его копьем, причем наконечник последнего входит в затылок зверя и выходит под правым глазом. У льва открыта пасть, так, что видны два верхних клыка, высунут язык, глаз изображен аналогично глазу коня и глазам всадника. Грива языком спускается на правое плечо зверя, не орнаментирована. Передние лапы подняты, как бы держат за задние ноги оленя, задние вытянуты назад, хвост пропущен под правое бедро, поджат под живот. Хвост заканчивается кистью, на лапах льва, также как и на копытах коня, нанесены отпечатки круглого пунсона.

Олени. Оба оленя безрогие, изображены в профиль, нижний с вытянутыми задними и поджатыми передними, задние зажаты в лапах льва. Верхний олень лежит с поджатыми и сложенными под животом ногами и повернутой назад головой. Живот и задняя часть верхнего оленя и грудь нижнего орнаментированы линиями точечного чекана. Ноги у обеих оленей выше копыт отмечены отпечатками круглого пунсона

Птицы. Птицы изображены летящими: с распахнутыми крыльями и прижатыми к животу лапами. Верхняя птица, по-видимому, водоплавающая: по пропорциям, форме головы и клюва она похожа на утку. Нижняя часть крыльев и хвост орнаментированы параллельными линиями, между которыми рядами располагаются отпечатки точечного чекана, рядами такого же чекана обведены верхняя и нижняя части шеи. На прижатой к животу лапе - отпечаток круглого пунсона. Вторая птица, как бы летящая за первой, судя по форме загнутого крупного клюва - хищная. Левое крыло вписано между крупом коня и рукой всадника. Орнамент на крыльях и хвосте аналогичен тому, которым украшена первая птица, также расположены и ряды чекана по низу и верху шеи, но еще одна добавочная линия чекана опускается от верхнего ряда по дуге вдоль всей шеи. На лапе, прижатой к животу, также фиксируется отпечаток пунсона.

Особенности техники и изобразительных приемов. Необходимо отметить высокое мастерство чеканщика, наносившего изображения на блюдо. В декоре блюда сочетается тонкий точечный чекан и отпечатки круглого пунсона. К особым приемам можно отнести орнамент в виде двойных дуг с отходящими от них штрихами и отпечатками круглого пунсона в орнаменте ремней коня и всадника, специфический орнамент на крыльях и хвостах птиц - линии точечного чекана, заключенные между параллельными отрезками прямых, а также изображение глаз без зрачков у всадника, коня и льва. Видимо, важной деталью следует считать отпечатки круглого пунсона, нанесенные на нижние части ног животных и птиц.

Образцы. Блюдо со всадником, львом и другими животными в конечном счете восходит к сасанидским блюдам, таким как блюда с изображением Шапура Ш, охотящегося на кабанов [Тревер, Луконин, 1987, кат. № 6, с. 108, илл. 13], царя, охотящегося на тигров [Там же, кат. № 11, с. 110, илл. 23], и царя, охотящегося на льва и тигра [Там же, кат. № 12, илл. 25]. Похожи как форма блюд - круглых с вертикальным бортиком; так и размещение композиции декора - центральная фигура всадника, одно животное горизонтально под ногами коня, другое вертикально перед его головой; а также рисунок всадника, у которого нижняя половина туловища в профиль, плечи и торс в фас и массивного коня. Блюда с изображением Шапура Ш и царя, охотящегося на львов, найдены в кладах бывшей Пермской губернии - у дер. Нижней Шахаровой и у дер. Мальцевой. Надо сказать, что блюдо со всадником позволяет нам лучше, чем по остальным сосудам венгерской группы представить себе, каким был его исламский образец. Вообще восточноевропейские подражания являются важным источником, помогающим в какой-то мере заполнить "темный период" истории иранской и мавераннахрской торевтики - с 830-х гг. до начала XI в.

Аналогии. Наибольшее сходство блюдо со всадником имеет с группой серебряных блюд, обнаруженных в Предуралье около починка Утемильского и на юге полуострова Ямал, в могильнике Хето-се (разрезанный диск с всадником и чаша со всадником [Сокровища Приобья, 2003, с. 53, 57]. Поза и одежда всадника, правильная овальность лиц, фигура коня, некоторые изобразительные приемы, такие как заимствованный в странах ислама мотив параллельных дуг с отходящим штрихом, а также наличие в рисунке летящей водоплавающей птицы и хищной, по-видимому, ловчей, позволяет с уверенностью отнести их к произведениям мастеров одного центра. В свое время этот центр был определен одним из авторов как восточноевропейский ранневенгерский [Маршак, 1996, с. 16 - 19, 114 - 121], другим автором как урало-венгерский [Федорова, 2003, с. 141 - 143]. Единственным заметным отличием Войкарского блюда со всадником является, пожалуй, размещение сюжета, который занимает всю площадь блюда, что не характерно для остальных сосудов группы. По-видимому, мастер Войкарского блюда старался более близко следовать образцам.

Необходимо обратить внимание и на то, что вновь публикуемые блюда со всадником и с филином имеют совпадающие детали: однотипны фигуры птиц, одинаковы полосы с поперечными насечками (в первом случае - у пояса всадника и упряжи коня, во втором - у канта медальона).

Датировка. Группа серебряных блюд, к которым можно отнести блюдо со всадником, львом, оленями и птицами датирована IX - X вв. Псалии, изображенные на блюде, имеют точные аналогии в памятниках второго этапа сросткинской культуры и могут быть датированы также IX - X вв. [Степи Евразии, 2000, с. 45, рис. 27 - 65, 80].

Заключение

Блюдо с филином наконец-то дало дополнительный материал в пользу в какой-то степени уральской локализации венгерской группы серебряных блюд, которые до сих пор относили то к импорту из Паннонии, то к мастерским времен пребывания венгров в Ателькузе и восточноевропейских степях [Даркевич, 1976, с. 176; Сокровища Приобья, 1996, с. 17 - 18]. Теперь ясно, что это не продукция дунайской Венгрии, и что в иконографии и стиле этих сосудов сочетаются признаки зарождающегося искусства восточноевропейских кочевых венгров, старой уральской традиции их предков и торевтики Аббасидского халифата и государства Саманидов. Стало также очевидно, что картина складывания художественных школ в молодых государствах и даже догосударственных образованиях северо-востока Европы, таких, например, как Волжская Болгария, Великая Венгрия или прикамские городки, была много сложнее, чем это представлялось до сих пор. Так отчетливо фиксируется некая общая для всего урало-западносибирского региона, условно говоря, мифологическая подоснова - сюжет "хищная птица, стоящая на спине животного" прослеживается от рубежа эр, причем за это время он мало изменился с точки зрения иконографии. По-видимому, наличествовала и какая-то общая изобразительная традиция - иначе трудно представить себе сходство, доходящее до тождества, в изображении филинов на блюде и на бронзовой бляхе. Локализация блюд со всадническими сюжетами в бассейнах рр. Сыня - Войкар и на юге полуострова Ямал позволяет поставить вопрос о времени и путях проникновения всаднических сюжетов в Нижнее Приобье, тех самых сюжетов, которые в образе "небесного всадника" дожили на этих территориях до наших дней.

 

Список литературы:
  • Бауло А.В. Серебряное блюдо с Малой Оби // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2000. - № 4. - С. 143 - 153.
  • Бауло А.В. Богатырь и невеста (серебряное блюдце с р. Сыня) // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2001. - № 2. - С. 123 - 127.
  • Бауло А.В. Сасанидское серебряное блюдо с реки Сыня // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2002. - № 1. - С. 142 - 148.
  • Бауло А.В. Домашние (семейные) святилища северных хантов // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2004. - № 1. - С.
  • Бауло А.В., Маршак Б.И. Серебряный ритон из хантыйского святилища // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2001. - № 3. - С. 133 - 141.
  • Борисенко А.Ю., Худяков Ю.С. Западно-европейский акваманил, привезенный в XVIII веке Г.Ф. Миллером из Сибири // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2003. - № 2.- С. 123 - 129.
  • Гемуев И.Н. Еще одно серебряное блюдо из Северного Приобья // Изв. СО АН СССР, сер. истории, филологии и философии. - Новосибирск, 1988. - № 3. - Вып. 1. - С. 39 - 48.
  • Гемуев И.Н., Бауло А.В. Святилища манси верховьев Северной Сосьвы. - Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 1999. - 240 с.
  • Гемуев И.Н., Сагалаев А.М. Религия народа манси. Культовые места XIX - начало XX в. - Новосибирск: Наука, 1986. - 190 с.
  • Даркевич В.П. Художественный металл Востока. - М.; Л.: Наука, 1976. - 198 с.
  • Древние бронзы Оби. Коллекция бронз IX - XII вв. из собрания Сургутского художественного музея. - Сургут: Изд-во Сургутского художественного музея, 2000.
  • Источники по этнографии Западной Сибири. - Томск: Изд-во ТГУ, 1987. - 280 с.
  • Маршак Б.И. Согдийское серебро. - М.: Наука, 1971. - 157 с.
  • Маршак Б.И. Вступительная статья // Сокровища Приобья. - СПб.: Гос. Эрмитаж, 1996. - С. 6 - 44.
  • Смирнов Я.И. Восточное серебро. Атлас древней серебряной и золотой посуды восточного происхождения, найденной преимущественно в пределах Российской империи. - СПб.: Издание Имп. археолог. комиссии, 1909. - 18 с., 300 табл.
  • Сокровища Приобья. - СПб.: Гос. Эрмитаж, 1996. - 228 с.
  • Сокровища Приобья: Западная Сибирь на торговых путях средневековья. - Салехард - Спб., 2003. - 58 с.
  • Степи Евразии в эпоху средневековья. - Донецк: Изд-во ин-та археологии НАН Украины, 2000. - 399 с.
  • Тревер К.В., Луконин В.Г. Сасанидское серебро. Собрание Государственного Эрмитажа. Художественная культура Ирана III - VIII вв. - М.: Искусство, 1987. - 157 с., 124 илл.
  • Усть-Полуй: I в. до н.э. - Салехард - Спб., 2003. - 76 с.
  • Федорова Н.В. Блюдо со львами: пять жизней за тысячу лет // Вестник УрО РАН. - Екатеринбург, 2002. - Вып. 2. - С. 107 - 115.
  • Федорова Н.В. Торевтика Волжской Болгарии. Серебряные изделия Х - ХIV вв. из зауральских коллекций // Труды Камской археологической экспедиции. - Вып. Ш. Пермь: Изд-во Пермского гос. пед. ун-та, 2003. - С. 138 - 153.
  • Чернецов В.Н. Фратриальное устройство обско-югорского общества // СЭ. - 1939. - № 2. - С. 20 - 42.
  • Яковлев Я.А. 1995. Еще одна находка западноевропейского средневекового искусства в Сибири // Методика комплексных исследований культур и народов Западной Сибири. Тез. докладов Х Западносибирского археол.-этногр. совещания. - Томск: Изд-во ТГУ, 1995. - С. 212 - 215.
  • Яковлев Я.А. Новая находка золотоордынской торевтики из Сургутского Приобья // Памятники Югры: вчера, сегодня, завтра. Томск: Изд-во ТГУ, 2000. - Вып. 1. - С. 124 - 130.
  • Herzfeld E. Die Malerein von Samarra. - Berlin, 1927.
  • Kannisto A. Materialien zur Mythologie der Wogulen // MSFOu. - Helsinki, 1958. - Vol. 113. - 444 S.
  • Marschak B.I. Silberschatze des Orients. Metallkunst des 3. - 13. Jahrhunderts und ihre Kontinuitat. - Leipzig: VEB E.A. Seemann Verlag, 1986. - 438 S.
  • Wilkinson Ch. K. Nishapur: Pottery of the Early Islamic Period. - New York, 1973.
   
© Ямальская археологическая экспедиция, 2003-2017
Яндекс цитирования