Шаблоны для Joomla 3 здесь

Гусев Ан. В., Плеханов А.В. Археологическое обследование в районе оз. Парисенто (по-в Гыдан) // Научный вестник ЯНАО. 2016. № 3(92). – С. 22-24. 

Административно Гыданский полуостров входит в  Тазовский район Ямало-Ненецкого автономного округа. Археологическое обследование 2016 г. финансировалось в рамках ОДцП «Развитие научной, научно-технической и инновационной деятельности ЯНАО на 2014–2020 гг.». Техническую составляющую проекта по заброске экспедиции, обеспечению ее работы осуществлял НП «Российский центр освоения Арктики».

В связи с обширностью и удаленностью территория Тазовского района ЯНАО в археологическом плане изучена пока еще крайне слабо. Всего на сегодняшний день известно 24 выявленных археологических памятника [Департамент культуры …]. Для сравнения, в соседнем Пуровском районе эта цифра составляет 212 объектов. Все известные памятники археологии Тазовского района сосредоточены в его южной части: в бассейнах р. Таз и ее притоков (15 объектов), р. Мессояха — юго-западная часть Гыданского полуострова (8 объектов), р. Пентыме — восточная часть Тазовского полуострова (1 объект). Одни из первых сведений об археологических памятниках Тазовского района были получены экспедицией Русского географического общества под руководством Р. е. Кольса. В 1926 г. в нижнем течении р. Таз открыта стоянка Тазовская IV эпохи бронзы, а около зимовья Мамеева собрана коллекция средневековых бронзовых вещей (рукоять ножа, подвеска в виде фигурки птицы, украшения костюма), датированная концом I — нач. II тыс. н. э. [Лашук, Хлобыстин, 1986. С. 46; Чернецов, 1957. С. 181].

Первое ориентированное на поиск археологических памятников исследование было проведено лишь в начале 1960-х гг. В течение нескольких лет в низовьях Таза работала историко-этнографическая экспедиция МГУ под руководством Л. П. Лашука. В ходе работ было выявлено три памятника: Мыс I – поселение и жертвенное место, Мыс IIА — поселение, Мыс IIБ — многослойное поселение, датированное от эпохи поздней бронзы до раннего железного века [Лашук, 1965; Лашук, Хлобыстин, 1986. С. 43].

В 1966 г. в Тазовском районе работала Мангазейская экспедиция НИИ Арктики и Антарктики и ЛОИА-РАН. ее сотрудниками был выявлен памятник «Тазовская литейная мастерская», датированный X–XIII вв. н. э. [Хлобыстин, Овсянников, 1973]. Затем вновь наступает длительный перерыв и только в середине 1990-х гг. в связи с нефтегазовым освоением возобновилось и археологическое изучение. С 1994 г. по настоящее время здесь работали экспедиции Института проблем освоения севера СО РАН из Тюмени, ООО «НПО «Северная археология-1» из Нефтеюганска. Появились около двух десятков новых выявленных памятников. Все в южной части района, там, где идет активное хозяйственное освоение территорий. По итогам проведенных исследований была реконструирована, насколько это позволили источники, картина освоения человеческими коллективами южной части Тазовского района. Наиболее ранний период представлен эпохой неолита, немногочисленные материалы которого были собраны на поселении Торато-6. К сожалению, памятник сильно пострадал вследствие ветровой эрозии. Для эпохи бронзы Л. П. Лашуком и Л. П. Хлобыстиным было предложено выделить тазовскую археологическую культуру, датированную посл. Четвертью  II — первыми веками I тыс. до н. э. [Лашук, Хлобыстин, 1986. С. 46]. Ранний железный век представлен памятниками (поселение Мыс I, Мыс IIА, Мыс  IIБ, Торато-3, 4) с керамикой, аналогии которой известны по раскопкам на древнем святилище Усть-Полуй. Наибольшее количество известных археологических памятников характеризуют эпоху средневековья. Наиболее значимые из них зимовье Мамеева (VIII–IX вв.), Тазовская литейная мастерская (X–XIII вв.), городище Большая Хэяха-1 и поселение Торато-7. Помимо археологических памятников известны и  этнографические объекты (хальмеры, святилища), имеющие большое значение при изучении духовной и материальной культуры аборигенного населения. Методика проведения работ соответствовала действующим рекомендациям Института археологии РАН и включала в себя: визуальное обследование, фотографирование, съемку топографических планов, сбор подъемного материала и шурфовку.

Обследование проводилось пешим маршрутом с использованием надувной резиновой лодки для переброски водным путем. Протяженность маршрута составила более 60 км. Всего было зафиксировано 8 местонахождений артефактов эпохи cредневековья – Нового времени. Под местонахождением в археологии принято подразумевать места находок артефактов без обнаружения культурного слоя. Причины отсутствия культурного слоя могут быть разными: предметы могут быть случайно либо преднамеренно оставлены в данном месте. Возможно слой, изначально не имеющий большой мощности, был разрушен вследствие ветровой эрозии, что в тундровых районах это весьма распространенное явление, и артефакты или же часть из них залегали рассеянно на поверхности выдувов-яреев. Уместно остановиться подробно лишь на двух наиболее интересных из обнаруженных местонахождений. Местонахождение № 1стало весьма неожиданным для исследователей и располагалось непосредственно на территории геокриологического стационара «Парисенто», работавшего в 1980–1990-х гг. этот участок расположен на небольшом удалении к северу от оз. Парисенто, на берегу оз. Круглое. По-видимому, вещи оказалось обнажены вследствие ветровой эрозии относительно недавно, уже после закрытия стационара. На дневной поверхности ярея был обнаружен крупный фрагмент бронзовой чаши, под которым находились предположительно кусок черепной крышки человека с пучком волос и, по-видимому, небольшая часть волос от шкуры (меховой одежды ?) северного оленя. Органические материалы в настоящее время находятся в работе у специалиста-антрополога. На месте обнаружения был заложен небольшой археологический раскоп размером 4х4 м. Несмотря на все предпринятые усилия, не удалось обнаружить остатки сохранившегося культурного слоя или каких-либо границ объекта, связанного с предметным комплексом. Ничего не дала и дополнительная шурфовка на близлежащих участках террасы. В процессе расчистки супеси и остатков дернового слоя были найдены еще несколько небольших по размерам фрагментов от той же чаши. Изделие имело полусферическую форму, выполнено из бронзового сплава. Такие чаши изготавливались иранскими мастерами, начиная с VIII в. н. э., наиболее массовый характер их производство приобрело в IX–XI вв. [Сокровища Приобья, 1996. С. 122]. Благодаря особому составу сплава цвет этих изделий был светло золотистым. Поверхность чаши полированная, на внутренней стороне процарапан орнамент в виде маленьких кружочков с точкой, на бортике — орнитоморфные изображения, на дне — вписанная в круг шестилепестковая розетка. Находки похожих чаш и их фрагментов на севере западной Сибири не редкость и значительная часть их происходит именно на территории современного ЯНАО – Шурышкарского и Приуральского районов, а также с южных территорий полуострова Ямал [там же; зеленый Яр…, 2005. С. 141].чаще всего находки чаш ассоциируются с погребальным инвентарем (поминальными комплексами) средневековых захоронений [Гусев, 2015. С. 27. Рис. 3:4]. Бронзовые рукоять ножа и ножны соответствуют между собой по размерам и, по-видимому, составляли единый комплект. Значительно хуже сохранилось железное лезвие самого ножа, представленное лишь небольшим фрагментом. Рукоять и ножны отлиты в  двусторонних формах с сердечником, поверхность покрыта зеленой патиной. Такого рода находки относятся к  группе изделий, выполняемых приобскими или  приуральскими мастерами-литейщиками [Сокровища Приобья, 1996. С. 58–65. Кат. 13–18]. Предметы богато украшены: на навершии рукояти изображена хищная птица с характерным клювом и когтистыми лапами, ниже орнамент, имитирующий выпуклые лепестки. На ножнах петля для подвешивания выполнена в виде головы грифона. Аналогии таким изделиям хорошо известны в северотаежном Приобье и южной части полуострова Ямал. Кроме современной территории ЯНАО, они представлены в Сургутском Приобье и отчасти в Верхнем Прикамье [Зыков и др., 1994]. Многочисленная коллекция таких изделий хранится в фондах ГБУ ЯНАО «МВК им. И. С. Шемановского».

Учитывая состав предметов местонахождения № 1, наличие предположительно человеческих останков дает основания видеть здесь остатки разрушенного средневекового захоронения кон. I — нач. II тыс. н. э. Все остальные местонахождения были обнаружены на значительном удалении к югу от озера Парисенто, на краях террас рек Юрибей и Торамюяха. Выявленные пункты приурочены к приподнятым песчаным кромкам террас и старичным озерам, богатым рыбой. Такие закономерности уже были отмечены, применительно к географии расположения археологических стоянок эпохи средневековья в Ямальской тундре [Плеханов, 2015. С. 314].

Еще один объект, заслуживающий внимания, представлен местонахождением, получившим порядковый № 5. На краю террасы, частично разрушенной ветровой эрозией, первоначально был обнаружен железный наконечник стрелы, а заложенный на этом месте разведочный шурф размером 2х2 м дал находки еще двух наконечников и лезвия крупного железного ножа. Все предметы залегали в переотложенном вследствие ветровой эрозии слое. Датировать комплекс можно только в широких пределах эпохи средневековья. На других обнаруженных в 2016 г. местонахождениях были собраны фрагменты керамической посуды средневекового облика, два вильчатых железных наконечника стрел, куски стенок кованных медных котлов.

Наиболее важные результаты, полученные в ходе археологического обследования:

1. Даже небольшая археологическая разведка позволяет говорить о достаточно интенсивном освоении центральных районов Гыданской тундры (на широте оз. Парисенто) в эпоху средневековья.

2. Система планиграфического расположения археологических объектов (местонахождений) во многом повторяет ситуации, прослеженные на территории соседнего полуострова Ямал. это служит важным индикатором сходства хозяйственного типа освоения территорий, ассоциируемого с культурой оленеводов-кочевников [Гусев, Плеханов, Федорова, 2016].

3. Характер обнаруженного в 2016 г. археологического материала позволяет также говорить о схожести средневековой материальной культуры тундрового населения Гыдана и Ямала и, вероятно, о родственности оставившего его населения.

Список литературы:

  • Гусев Ал.В. Поминальные действия на могильниках  у пос. зеленый Яр // Научный вестник Ямало-Ненецкого автономного округа. Салехард, 2015. Вып. 1(86). С. 25–30.
  • Гусев Ан.В., Плеханов А.В., Федорова Н.В. Оленеводство на севере западной Сибири: ранний железный век — Средневековье // Археология Арктики / науч. ред.  Д.С. Тупахин, Н.В. Федорова. Калининград: ИД «РОСДО-АФК». Вып. 3. 2016. С. 228–239.
  • Департамент культуры. Перечни объектов культурного наследия: Сайт. – URL: http://культураямала.рф/kulturnoe-nasledie-dr/spiski-ob-ektov (дата обращения 20.11.2016).
  • Зеленый Яр: археологический комплекс эпохи средневековья в Северном Приобье / коллектив авторов под. ред. Н.В. Федоровой. Екатеринбург — Салехард:  УрО РАН, 2005. 368 с.
  • Зыков А.П., Кокшаров С.Ф., Терехова Л.М., Федорова  Н.В.  Угорское наследие. Екатеринбург: Внешторгиздат,  1994. 158 с.
  • Лашук Л.П. Историко-этнографические исследования на Крайнем Севере Сибири // Вестник МГУ, 1965. Сер. VIII, № 5.
  • Лашук Л.П., Хлобыстин Л.П. Север западной Сибири в эпоху бронзы // Краткие сообщения института археологии. М.: Наука, 1986. № 185. С. 43–49.
  • Плеханов А.В. Стойбища оленеводов на полуострове Ямал — этноархеологический подход // IV Северный археологический конгресс / отв. ред. Н.М. Чаиркина. Материалы. Екатеринбург: Изд-во ИИА УрО РАН, 2015. С. 314–316.
  • Сокровища Приобья / ред. Б. Маршак, М. Крамаровский. Санкт-Петербург: Формика, 1996. 228 с.
  • Хлобыстин Л.П., Овсянников О.В. Древняя «ювелирная» мастерская в западно-Сибирском заполярье // Проблемы археологии Урала и Сибири. М., 1973. С. 248-257.
  • Чернецов В.Н. Нижнее Приобье в I тысячелетии нашей эры // Материалы и исследования по археологии СССР. № 58. М.: Изд-во АН СССР, 1957. с.136–245.

 

В статье представлены новые данные, полученные в ходе археологического обследования района озера Парисенто в августе 2016 г. Участок расположен в центральной части полуострова Гыданский, административно входящего в Тазовский район Ямало-Ненецкого автономного округа. В результате первичного обследования было обнаружено 8 местонахождений археологических предметов эпохи Средневековья — нового времени. Культурного слоя в этих пунктах обнаружено не было, однако собранные данные представляют интерес как первое результативное обследование в средней части Гыданского полуострова. Находки дают общее представление о материальной культуре осваивавшего тундровые районы кочевого населения эпохи Средневековья.

   
© Ямальская археологическая экспедиция, 2003-2017
Яндекс цитирования