http://nachodki.ru/

А.В. Бауло. Домашние (семейные) святилища северных хантов // Археология, этнография и антропология Евразии, 2004, № 1, с. 89 - 101.

 

Введение

Северные ханты – одна из крупных групп обских угров, представители которой проживают на территории Березовского и Белоярского районов Ханты-Мансийского АО, Шурышкарского и Приуральского районов Ямало-Ненецкого АО. Соответственно северные ханты распадаются на ряд локальных групп, которые чаще всего объединяют людей, проживающих в бассейне одного из притоков Оби – Сыни, Куновата, Казыма, Войкара и др. Религиозное мировоззрение базируется на идее существования множества богов и духов-покровителей, заселяющих Нижний, Средний и Верхний миры. Проживающие в Среднем мире люди вынуждены поддерживать контакт с миром духов посредством разного ранга святилищ и проводимых в них обрядов. Объектом статьи являются домашние или семейные святилища. В литературе уже отмечалось, что рассматривая реалии XVII - начала XVIII вв., справедливо для обских угров вести речь о "селении из одного дома". В соответствии с этим культовое место замыкалось на минимальную ячейку социума - семью, обладавшую домашним святилищем, центральной фигурой которого являлось изображение семейного духа-покровителя [Гемуев, 1990]. Наиболее полно данный тип святилищ рассмотрен на примере сосьвинско-ляпинских манси [Гемуев, 1990; Гемуев, Бауло, 1999] и березовских хантов [Бауло, 2002а], настоящая же статья основана на экспедиционных материалах 2000 – 2003 гг., собранных автором у хантов сынско-куноватской и обдорской групп (поселки бассейна р. Сыня: Евригорт, Мувгорт, Тильтим, Оволынгорт, Вытвожгорт, Нимвожгорт, Овгорт, Хорьер, Ямгорт; бассейна р. Обь: Овагорт, Пословы, Анжигорт, Ханты-Мужи, Восяхово; бассейна р. Войкар: Вершина Войкара, Усть-Войкары; бассейна р. Полуй: Зеленый Яр).

В связи с тем, что северные ханты состоят из локальных групп, представители которых не только проживают достаточно далеко друг от друга, но и в разной степени соприкасаются с ненцами, зырянами, манси и русскими, не существует и единого для всех списка богов и духов-покровителей. Можно указать лишь на самые известные персонажи.

В Верхнем мире обитают главные духи-податели жизни людей: Торум или Нум Турам Ащи "Верхний Бог Отец" и Калтащ Анки (Сорни Най Анки "Золотая женщина мать", Сорни Най "Золотое Солнце" женщина, щань "мать") [Талигина, 2002, с. 83 – 85; Шабаев, Уляшов, 2002, с. 126].

В Среднем мире живут семь сыновей Верховного Бога, среди которых Ас ики "Обской старик", Ими хиты (звездочет, ездит на лошади) или Мув верты ху (Мув сиит ху) "Землю вращающий человек", Ханжан оры ики (Тек ики) - Собачий дух из пос. Теги, Ем-вож-ики (Медведь), Кейв ур ху акем ики "Каменный ненец дядька старик" - хозяин р. Сыня [Головнев, 1995, с. 552, 570; Перевалова, 2002, с. 45] и др. Духи Среднего мира нередко являются покровителями селений.

Третья группа духов во главе с Хинь ики находится в Нижнем, Подземном мире [Талигина, 2002, с. 83 - 85].

В качестве поселковых и семейных покровителей сегодня почитают на Сыне: лягушку (пос. Савырка - Тыликовы), казарку (малого гуся) (пос. Евригорт – Еприны, пос. Ямгорт – Лонгортовы, кукушку (пос. Вытвожгорт – Куртямовы), горностая (пос. Вытвожгорт – Куртямовы), чайку (пос. Овгорт – Рохтымовы), Хон пох ики "Божьего сына" (пос. Ямгорт – Пырысевы), Карды вореш "Железного коршуна" (пос. Тильтим – Талигины); на Куновате: Еври ики "Старика волка" (Тояровы), Сорни юх "Золотое дерево" - священную лиственницу (Сотруевы и Тоголмачевы); на Войкаре: Тохтан ики "Старика-гагару" (пос. Усть-Войкары – Сэвли); на Оби – Белого орла (пос. Овагорт), Хорам ур нэ (Мис нэ) – лесную женщину (пос. Анжигорт), и др. [Перевалова, 2002, с. 41 – 51; ПМА, 2000 - 2003]. Домашние духи называются Елта хот лунхат "духи, находящиеся дома (внутри жилища)"; в каждой хантыйской семье имеется женский дух Лух или Анки "мать"[Талигина, 2002, с. 46, 87].

В роли домашнего духа выступает и хозяин Нижнего мира Хинь ики, в этом случае его именуют Кур илпи ики "находящийся под ногами (под землей, под полом) старик" или Питы сахпи ики "старик в черном caxe". Он считается личным духом хозяйки дома, его фигуру хранят в женской части жилого помещения. Кур илпи ики одевают в черный халат с островерхим капюшоном [Там же, с. 46 - 47].

Домашние святилища: расположение, состав атрибутов, обряды

Домашние святилища северных хантов имеют достаточно сложную структуру, связанную с размещением культовой атрибутики. Святые вещи могут храниться внутри или снаружи дома. Хранение внутри дома предполагает несколько вариантов: в комнате – на задних нарах или в углу; в сенях; на чердаке. Снаружи дома атрибутика располагается на специальной полке на задней стене, в амбарчике или на священной нарте. Рассмотрим эти варианты подробнее.

В настоящее время дома хантов представляют собой бревенчатые избы русского типа, одним из особенностей которого является наличие чердачного помещения. Лишь в небольших селениях (Евригорт, Вытвожгорт, Ямгорт) сохраняются дома (чаще нежилые), отражающие более ранний этап архитектуры: у них отсутствуют потолки (и соответственно чердаки), а вдоль стен размещены нары. В этом случае "святые" сундуки стоят на полке, сооруженной над нарами, которые расположены у стены напротив входа – задней, т.н. "священной" стены.

В современных домах семейные фетиши хранятся в трех местах. Первое располагается в жилой комнате: в правом (реже левом) углу на высоте около 1,5 м от пола делается т.н. "святая" полка. На ней, укрытые занавеской, стоят небольшие сундучки или чемоданы, берестяные коробки, лежат мешки, в которых находится семейная атрибутика и изображения духов-покровителей. Иногда в комнате можно увидеть сразу две "святые" полки: на одной располагаются семейные духи-покровители, на второй - поселковые. В пос. Ишвары (р. Малая Обь) в доме Тогочевых в комнате на полке в дальнем левом углу лежат два чемодана с домашними пенатами, а на полке в ближнем правом углу усажена большая фигура поселкового божества Хинь ики.

Второе место хранения священных атрибутов находится внутри дома, но вне жилого пространства. В ряде домов в сенях отгорожена правая часть, в этом помещении у задней стены устроена "святая" полка.

Рис. 1. Святой сундук и шпаги конца XVIII в. на чердаке домаРис. 2. Домашнее святилище на чердаке домаТретье место хранения ритуальной атрибутики внутри дома - чердачное помещение, куда вход женщинам запрещен. Здесь собраны "святые" вещи, принадлежавшие предыдущим поколениям обитателей дома. Сундуки, ящики и чемоданы обычно устанавливают на дощатом помосте у задней стены (реже – справа или слева от входа). На перекладины вывешивают шкуры принесенных в жертву животных; к продольным балкам привязывают мешки с поднесенными божествам платками, шкурки петухов, медвежьи и оленьи черепа. На чердаке одного из домов в пос. Ишвары к балке прикреплены несколько связок с лисьими черепами . В пос. Ямгорт широкая "святая" полка устроена в центральной части чердака поперек помещения на высоте 1,2 м от пола (на две перекладины уложены доски).

В современных двух или четырех квартирных домах "святые" сундуки хозяева ставят на чердаке над своей квартирой.

Полки или помосты, на которых установлены сундуки и чемоданы с культовой атрибутикой, часто застелены оленьей шкурой. В пос. Тильтим сундуки были покрыты медвежьей шкурой.

"Святые" вещи достаточно часто хранят в амбарчике, стоящем рядом с домом. Амбарчики отличаются размерами и внутренним устройством. Иногда это вместительный амбарчик, установленный на четырех опорах, где могут находиться одновременно несколько мужчин. У задней стены прибиты одна или две широкие полки; в амбарчиках пос Усть-Войкары дополнительная полка устроена прямо над входом. "Святые" вещи могут соседствовать с бытовыми. В другом случае встречается небольшой амбарчик, в котором, тем не менее, есть чердак. Вход на чердак - внутри помещения. В этом случае в нижней части амбарчика хранят хозяйственные вещи, а на чердаке – "святые". В одном из амбарчиков в пос. Оволынгорт полка, на которой стоят сундуки, застелена медвежьей шкурой.

В пос. Вершина Войкара описаны высокие 2-х этажные постройки в виде башни: в нижнем этаже хранят хозяйственные вещи, а в верхнем (дверь которого выходит в другую сторону, нежели дверь первого этажа) – атрибуты культа.

В семьях оленеводов культовая атрибутика во время каслания перевозится на специальных – священных – нартах. Во время пребывания оленеводов в поселках эта нарта стоит у задней стены дома; если оленевод выходит на пенсию и окончательно перебирается жить в поселок, то нарту для лучшей сохранности устанавливают на деревянные бруски.

Стена дома, расположенная напротив входа, у обских угров считается священной [Гемуев, 1990]. Снаружи дома в правой части задней стены в ряде случаев на высоте около 1,5 м от земли прикрепляют "священную" полку: ее внутренняя сторона опирается на прибитые к стене плашки, внешняя – на два деревянных столбика, воткнутых в землю. Во время обрядов, связанных с принесением в жертву животных, на эту полку выносят из дома чемоданы с фигурами духов-покровителей. За многими домами в небольших селениях (Евригорт, Тильтим, Оволынгорт, Нимвожгорт) располагаются семейные жертвенные места: на деревьях висят оленьи черепа, на ветках завязаны лоскутки ткани, горкой лежат срубленные тонкие березовые деревца с привязанными к веткам лентами. Здесь же установлена горизонтальная жердь для вывешивания шкуры жертвенного животного.

Северные ханты - одна из наиболее мобильных групп обских угров, что связано с их занятием оленеводством и летним переездом населения из поселков, расположенных в верховьях реки, на Обь. Покидая зимние дома и оставляя в них основную часть культовой атрибутики, жертвенные покрывала и платки рыбаки обязательно забирают с собой на Обь.

Культовой атрибутикой распоряжается хозяин семьи, по наследству вместе с домом и обязанностью содержать мать она переходит к младшему сыну. При отсутствии наследников культовая атрибутика может быть перенесена на поселковое святилище и размещена в одном из амбарчиков или на специально сооруженном помосте.

В состав домашнего святилища входят: фигуры духов-покровителей и их символика; подношения божествам; фигурки иттарма - временного вместилища души умерших родственников; свинцовые фигурки животных, атрибуты шамана и медвежьего праздника и др.

О домашних "богах" или "болванах" в жилищах северных остяков писал В.Ф. Зуев (1771 г.): "Все в чуму, не выключая баб и девок, каждый имеет своего собственного болвана, а иногда два и три, коих каждодневно по обычаю своему тешат". "Бог… пред собой имеет ящик, куда обещанные ему кладут подарки; каждый день от кушанья помазываются его губы" [Зуев, 1947, с. 41]. "Иноверцы Березовской округи" (сообщение 1784 г.) "болванов имеют деревянных из обрубка лесины разной величины, на оных вырезывают рожи, а иные и о двух носах, а другие свертывают ис платья и одевают в мужское и женское платье, а рожи приделывают высеченные на тонком железе, коих содержат в домах" [Андреев, 1947, с. 96]. Путешествующие в районе Нижней Оби в конце XIX в. О. Финш и А. Брэм описали остяцкого семейного "идола", который "представлял бесформенную массу, завернутую в лисьи и другие меха, с медной бляхой, изображающей лицо и прикрепленной на месте головы"; они же упомянули "бабьего идола" – "куклу, одетую как остяцкие женщины, у которой вместо лица была медная пуговица" [Финш, Брэм, 1882, с. 359 – 360].

Фигуры духов-покровителей в современных домашних святилищах северных хантов представлены в следующих вариантах: в суконной или меховой одежде с внутренней основой из металла, дерева или камня; в виде набора одежд без внутренней основы; привозные статуэтки или игрушки.

Рис. 3. Фигура духа-покровителя с бронзовой средневековой личинойМеталлические основы фигур. К ним в первую очередь нужно отнести древние изделия, которые передавались по наследству в течении нескольких столетий, либо были найдены в составе клада, обнаружены на местах бывших поселений, в обвалах берегов рек. В последних случаях вещь считалась посланной свыше и явившейся сама избранному богами человеку. В пос. Евригорт иранская серебряная бутыль XII в., завернутая в яркую ткань, по форме напоминала куклу, и потому обозначала фигуру семейного духа-покровителя. В обычное время фигуру держали в "святом" сундуке вместе с изображениями других духов. Во время обряда ее выносили к жертвенному костру, "угощали", подносили дары. В данном случае вхождение бутыли в обрядовую практику во многом было продиктовано особенностями формы сосуда. В пос. Ямгорт основой фигуры семейного божка являлась шкурка соболя с пришитой к ней средневековой бронзовой пряжкой с изображением головы козла и двух пушных зверьков; к спине духа был приложен небольшой жестяной четырехугольный поднос XIX в. Следует отметить и необычную верхнюю одежду данного духа-покровителя: в ее числе находится супервест - безрукавный кафтанчик (по В. Далю) конца XVIII в. из сукна красного цвета с медными пуговицами [Бауло, 2002б, с. 152 - 154]. Случай использования военной и чиновничьей формы в обрядовой практике обских угров далеко не первый: в 1860-х гг. Ю. Кушелевский в Эндерских юртах (15 км к северу от Обдорска) видел остяцкого идола, одетого в мундир чиновника при шпаге [Цит. по: Мурашко, Кренке, 2001, с. 23]. В пос. Анжигорт внутри фигуры духа-покровителя, состоявшей из 10 - 12 больших платков, находилась средневековая бронзовая антропоморфная фигурка в маленькой распашной шубе из белого оленьего меха [Бауло, 2002б, с. 147 - 148]. В пос. Зеленый Яр лицо одного из духов было обозначено средневековой бронзовой бляхой с изображением медведей в священной позе, другого бронзовой личиной.

Среди других сердцевин фигур семейных пенатов упомянем русский железный замочек XIX в. в виде фигурки медведя (Мувгорт); жестяной герб Российской империи конца XIX в. (Мувгорт); саблю (за счет которой длина фигуры духа в виде тяжелого кокона из белых кусков ткани достигала около 100 см) (Ямгорт); медное блюдце 1830-х гг. с изображением охотничьей сцены и медный полый рог для табака (Ямгорт); жестяное блюдце XIX в. с прочеканенными поясными портретами английской царствующей четы - Виктории и Альберта (Ямгорт); серебряное блюдце, изготовленное в Тобольске в 1820 г. (на лицевой стороне блюдца на фоне холмов изображена фигура медведя, обнимающего сук дерева) (Анжигорт); свинцовое изображение волка (Ишвары).

Рис. 4. Основа фигуры божества – русская медная бляха втор. пол. XVIII в.В пос. Нимвожгорт в культовом амбарчике хранится фигура семейного духа-покровителя. Верхняя одежда – белая оленья малица, под ней несколько рубах. Основа фигуры – уникальная русская медная бляха , к которой привязаны: бронзовая фигурка рыбы (Западная Сибирь, XI - XII вв.), красный шерстяной шнур и тесьма, медные кольца и перстни, низка бисера, сапоги из оленьего меха и пр. Диаметр бляхи 17 см, ее ширина с ушками достигает 22 см. Она изготовлена предположительно во второй половине XVIII в., скорее всего, в Тобольске. В основе композиции – сцена охоты: мужчина в длинной шубе и высокой шапке направляет копье на оленя; центральная вертикальная ось композиции образована стволом дерева, ветви деревьев также отходят от края обода в направлении к центру. Рядом с оленем изображена собака, еще одна видна за охотником; на кронах деревьев – три пушных зверька.

Деревянные основы фигур духов-покровителей выполняются в двух вариантах: бюст или целая фигура с показанными руками и ногами. Головы круглые или заостренные, вырезаны глаза, нос и рот. Длина подобных фигур варьируется в диапазоне от 10 до 40 см (Евригорт, Хорпунгорт, Нимвожгорт, Зеленый Яр). [*Есть и третий вариант, характерный для поселков со смешанным хантыйско-ненецким населением. Здесь в ряде случаев ханты хранят ненецкий вариант фигур (сядаев), который в основе представляет собой длинную оструганную палку с выделенной головой]. В пос. Оволынгорт зафиксирована фигура духа-покровителя, одетая в малицу; в основе изображения - деревянная островерхая голова с шеей, к которой привязан красный платок. Здесь же встречена фигура духа в виде деревянного клинышка длиной 14 см: на заостренной голове вырезаны глаза, нос и рот; фигура одета в черную глухую вельветовую куртку. У фигуры из пос. Хорьер на груди вырезан ромб. В пос. Вершина Войкара мужская фигура семейного духа вырезана из дерева в форме бутылки.

Рис. 5. Семейный дух-покровительДва оригинальных изображения семейных пенатов встречены в пос. Ханты-Мужи. Первая фигура (длина 27 см) одета в золотистую шелковую рубаху и халат из толстой красной шерсти. Фигура выполнена с ногами, но без рук. В середине груди вырезано круглое отверстие, видимо, для серебряной монеты. Голова плоская, овальной формы, подбородок заострен. Лоб и нос выступают над поверхностью лица. Нос прямой, слегка суживающийся книзу. В верхней части головы в вырезанные ниши вставлены две серебряные монеты достоинством в 5 коп. эпохи царствования Елизаветы ("орлом" вверх). Возможно таким способом передана имитация шлема с надглазьями. На ноги надеты унты из красного шерстяного сукна с зелеными вставками на сгибе к ступне. Подошва выполнена из сукна в зеленую и желтую полоску.

Вторая фигура длиной 15 см, с ногами, но без рук, вырезана из дерева. Тело замотано в несколько кусков ткани, на ногах – зеленые шерстяные штаны (весьма редкий атрибут в культовой практике), ноги обуты в кожаную обувь. Лицо закрыто жестяной пластиной с выступающими вперед линиями лба и носа.

Деревянные фигуры духов, лица которых закрыты железными масками, хранятся и в пос. Зеленый Яр. Один из "кумиров" напоминает по форме подушку (около 50 х 50 см). Основа – деревянная фигура - воткнута в одежды перпендикулярно "подушке": торс в виде палки с "обрубками" рук, голова плоская, овальной формы, спереди охвачена железной "маской". В коллекциях, собранных Д.Т. Яновичем в 1909 г. в погребениях остяков и самоедов в Нижнем Приобье, встречаются несколько деревянных фигур духов, к лицам которых были также прикреплены пластины из жести или оловянные отливки [Мурашко, Кренке, 2001, с. 64].

Рис. 6a. Железный шлем В пос. Зеленый Яр в одном из домов хранится изображение семейного божества, вырезанное из ствола дерева, длиной около 50 см. Его одежда состоит из нескольких подпоясанных халатов и трех шапок с оторочкой из лисьего меха. Интересно оформлена голова: шишак имитирует надетый средневековый железный шлем, который хранится в священной нарте.Рис. 6b. Голова духа-покровителя в шлеме

Каменные основы фигур. Использование камней в качестве фетишей у хантов отмечено М.А. Кастреном, О. Финшем и А. Брэмом; Г. Старцев сообщал, что, по хантыйским представлениям, камни "могут передвигаться с места на место и идут навстречу отдельным счастливым людям... Владельца такого камня остяки считают счастливым и удачливым человеком во всех видах промысловых занятий" [Кастрен, 1860, с. 186; Финш, Брэм, 1882, с. 491; Старцев, 1926, с. 100]. В бассейне р. Сыня также встречаются фигуры духов-покровителей с основой из небольших кусков необработанного камня. В пос. Тильтим камень был одет в рубашку зеленого цвета, поверх нее в малицу, опоясанную красным шнурком. В Оволынгорте один из камней был завернут в множество платков, на другом было надето несколько халатов. Размеры фигур не превышали 10 х 20 см.

В пос. Зеленый Яр фигура мужчины-духа была обозначена камнем с привязанными к нему тремя латунными бляшками, женщины-духа - камнем в латунных сережках со стеклянными вставками. Один из информаторов рассказал об обстоятельствах возникновения подобных фигур: "У оленевода начинает уменьшаться поголовье оленей. Тогда он едет к шаману на Полярный Урал. В Емын Кев "Святом камне" есть пещера. Человек входит в пещеру, раздевается донага, и начинает вслушиваться. Шаман ему говорит: встань и слушай. Если услышишь звук важенки – будешь богат оленями, если звук самца – будешь бедным. Наш отец тоже туда ездил. Он услышал звук важенки – как будто она олененка подзывает. И после этого у него много оленей было. От этого места берут камень и держат его в доме как духа-покровителя".

У сынских хантов встречена фигура духа-покровителя, основу которой составляла речная раковина (Нимвожгорт); подобный факт ранее был отмечен у березовских хантов в пос. Тутлейм [Бауло, 2002а, с. 22]. К разряду необычных изображений "кумиров" можно отнести медвежий череп, завернутый в платки, и "одетый" в несколько халатов (Ханты-Мужи).

Фигуры духов-покровителей формируются и с помощью жертвенных шлемов. В Оволынгорте встречены три шлема с фигурами трех птиц и орнаментом. Все они завязаны в платки таким образом, что в итоге получается фигура духа-покровителя с выделенной головой, поясом, подолом "платья", из под которого свисает лисий хвост, пришитый к краю шлема. Похожая практика использования ритуальных поясов в качестве сердцевины изображения божества наблюдалась у хантов в пос. Ванзеват [Бауло, 2002а, с. 42].

Перейдем к описанию фигур духов-покровителей, у которых отсутствует сердцевина, а туловище создано за счет многочисленных рубашек, халатов и платков, одетых друг на друга. В качестве наиболее яркого примера можно привести фигуру Курпат ики (Кур илпи ики), традиционно состоящую из черных халатов и черной островерхой шапочки. Из свернутых платков часто выполняют фигуру Миш не "Лесной женщины", причем верхний платок обычно бывает зеленого цвета (Ишвары, Овгорт). В Нимвожгорте фигура домашнего духа была изготовлена в виде шубы, к нижнему краю которой пришиты унты из оленьего меха. В Ямгорте фигура духа-покровителя (длина 40 см) состояла из длинной глухой куртки из сукна красного и синего цвета, с поясом, к внутренней стороне куртки были пришиты шерстяные унты, голова показана маленькой островерхой шапочкой, под мышками правого рукава пришит колокольчик. В пос. Зеленый Яр фигуры семи духов, покровительствующих оленеводству, представлены миниатюрными белыми оленьими шубками.

Образ Калтащ символизировал большой платок с кистями и четырьмя колокольчиками по углам, в который помещали приклады [Мартынова, 1992, с. 78].

Привозные статуэтки или игрушки также обозначают фигуры семейных духов-покровителей у северных хантов. Ярким примером подобной практики является ритон в виде средневековой серебряной статуэтки девушки с головой антилопы в руках: она завернута в несколько платков, поверх которых надета миниатюрная шубка из оленьего меха. Эви "девочку" держат в картонной коробке среди поднесенных ей кусков материи, по праздникам подносят рюмку водки, "кормят" и обращаются к ней с просьбами о помощи и благополучии для членов семьи [Бауло, Маршак, 2001]. В пос. Нимвожгорт еще в 1970-х гг. на полке в амбарчике хранилась большая полая медная фигура слона. Она почиталась за изображение семейного духа-покровителя и была обвязана преподнесенными ей в дар платками. Здесь же изображение Мир лярты хо было представлено детской игрушкой: всадником из дерева на лошади из папье-маше (русский кавалерист XIX в.). Ранее всадники из папье-маше были неоднократно описаны в домашних святилищах северных хантов и манси [Гемуев, 1990; Бауло, 2002а, с. 18, 61]. В пос. Вытвожгорт бутылка (0,5 л) выпуска 1888 г. в виде медведя обвязана платками и почитается за изображение духа-покровителя. Подобные бутылки встречены в составе культовой атрибутики также в пос. Мувгорт, Вершина Войкара (войкарские ханты), Юхан-курт (березовские ханты). В пос. Зеленый Яр серебряная статуэтка мужчины, изготовленная в Тобольске в начале XIX в. была одета в серебристый миниатюрный парчовый халат (впервые такая фигурка в качестве основы духа была зафиксирована у ляпинских манси в пос. Ясунт [ПМА, 1999 г.]. У хантов р. Полуй в составе культовых атрибутов встречены пластмассовая и резиновая лягушка, большая фигура лошади на колесиках.

Северные ханты нередко почитали за изображения своих (или общих с русскими людьми) божеств лики святых на русских иконах и складнях; не персонифицируя святого, его просто называли Торум "Бог". Иконы вешали рядом со святой полкой в комнате.

Из необычных фигур духов-покровителей можно упомянуть старый шаманский бубен, "одетый" в рубашку коричневого цвета, с рукавами, но без отверстия для головы (Тильтим). Бубен внутри рубашки встречается не впервые. В 1999 г. в селении Щекурья (ляпинские манси) на чердаке дома хранился шаманский бубен, "одетый" сразу в пять рубах [Бауло, 1999, с. 588 - 589], бубен в белой рубашке описан в пос. Тутлейм [Бауло, 2002а, с. 23]. На мой взгляд, в данном случае мы имеем дело с тем, что бубен после смерти шамана стал восприниматься семейным духом-покровителем, которому с помощью одежду придали антропоморфные черты.

В пос. Усть-Войкары одна из фигур покровителей представляет собой несколько наборов из вотивных стрел с наконечниками из гвоздей. Сверху стрелы закутаны в несколько кусков материи, в одном случае обернуты по всей длине берестой.

Следует упомянуть еще один вариант присутствия в святилищах фигур божеств: в пос. Анжигорт в святом сундуке на чердаке дома хранится чучело белого журавля – птичьей ипостаси Мир лярты хо "Землю вращающего человека". Подобные случаи ранее зафиксированы у ряда групп обских угров: северных манси [Источники..., 1987, с. 239], казымских и березовских хантов [Лапина, 1999, с. 185; Молданов, Молданова, 2000, с. 44; Бауло, 2002а, с. 58].

Рис. 7. Штаны духа-покровителяПомимо фигур божеств и духов-покровителей в домашних святилищах северных хантов представлены предметы с их изображениями и символикой. В первую очередь это относится к жертвенным покрывалам, которые на сегодняшний день описаны у сынских и обских хантов. В большинстве случаев на них вшиты фигуры скачущего Небесного всадника – Мув верты хо (Мир лярты хо). Покрывала выполнялись в виде полотнища прямоугольной формы с двумя, четырьмя, шестью или семью фигурами всадников – каждая располагалась в отдельном квадрате; все они символизировали "седло бога". Богатырю также шили пояс, на котором размещали четыре или пять фигур всадников. Завершал одеяние шлем, украшенный изображениями четырех всадников [Гемуев, Бауло, 2001]. Достаточно редким атрибутом Небесного всадника являются штаны длиной 71 см, выполненные из сукна красного и черного цвета с двумя стоящими антропоморфными фигурами.

В отличие от покрывал, выполненных манси и березовскими хантами, где главной и подчас единственной фигурой является Небесный всадник, у сынских и обских хантов наблюдается известное разнообразие фигур. Оно связано с изображением духов-покровителей отдельных поселков. В пос. Евригорт обнаружены два пояса, на которых размещены пары всадников, птиц и, видимо, медведей; на поясе из Вытвожгорта - пять всадников и две птицы, под которыми понимают кукушку - покровителя Куртямовых и т.д. Среди жертвенной атрибутики на Сыне зафиксированы изделия, на которых фигура всадника отсутствует, но показаны олени, лягушки или птицы [Там же, 2001, с. 124, 138, 147].

Северные ханты "опознают" собственных богов и в изображениях на ряде восточных серебряных блюд, которые хранятся в семейных святилищах. Так в пос. Евригорт в одном из домов хранилось серебряное иранское блюдо X – XI вв. с изображением лютниста, сидящего на престоле в "позе лотоса". По информации Е.И. Тыликовой, во время жертвоприношения блюдо, как главную семейную святыню, вынимали из мешка, клали на стол "лицом" вниз, а внешнюю сторону сосуда обмазывали кровью жертвенного оленя. Чаша воспринималась подобием солнца, а изображенный в центре человек - его посланником (духом). Изображению духа подносили дары - платки или куски купленной материи. Рядом с блюдом ставили тарелки с мясом убитого оленя и небольшие берестяные куженьки с его кровью [Бауло, 2002в].

В пос. Оволынгорт в святом сундуке хранилось средневековое серебряное блюдце (либо большая бляха), на лицевой стороне которого выгравированы две антропоморфные фигуры, изображения коня, солнца, месяца и бобра. Одна из фигур почиталась за изображение духа-покровителя поселка по имени Сорни пох (Мув верты хо) "Золотой сынок" ("Землю объезжающий человек") [Бауло, 2001]. Этого бога-всадника видят и в фигуре иранского шаха Ездигерда I, изображенного на сасанидском серебряном блюде начала V в. Оно хранится на святой полке вместе с другими культовыми семейными атрибутами в одном из сынских поселков [Бауло, 2002г].

Рис. 8. Серебряное блюдо с изображением филина, стоящего на олене, и уткиНа Сыне хранилось и большое серебряное блюдо с изображением филина, стоящего на спине оленя, и взлетающей утки. Оно было найдено в начале 1970-х гг. на берегу р. Войкар около Святого мыса. Блюдо использовали при жертвоприношении оленя: его обводили вокруг шеи животного и вдоль спины. Таким образом, олень подносился в жертву семейному духу-покровителю, который выступает в птичьей ипостаси: именно его и видели в фигуре филина на блюде.

Рис. 9. Серебряное блюдо с изображением всадника, убивающего льваСредневековое серебряное блюдо с изображением всадника на коне, убивающего льва, хранится в одном из поселков на Горной Оби. Фигура всадника ассоциируется с изображением сына Верховного бога – Мир лярты хо. В пос. Зеленый Яр сотрудниками Салехардского музея было приобретено серебряное блюдо X – XI вв. с изображением двух львов [Федорова, 2002, с. 109 - 110]; оно находилось в составе домашнего святилища, фигуры животных, скорее всего, осмыслялись владельцами блюда сквозь призму местных религиозных представлений: в этом поселке особым почетом была наделена Казымская богиня в облике кошки.

Значительное место в домашних святилищах северных хантов занимают подношения божествам и духам-покровителям. Они осуществляются по праздникам, во время проведения обрядов, сопровождают просьбы членов семьи по какому-либо поводу (удачного промысла, излечения болезни и пр.). Преобладают специально изготовленные предметы одеяния и снаряжения семейным пенатам. При этом достаточно часто сама фигура божества в сундуке отсутствует.

Рис. 10. Халат духа-покровителяВ Мувгорте к таким дарам относится халат из сукна черного цвета, края бортов, подола и рукавов обшиты лентой золотого позумента. На левой стороне халата – три, на правой – четыре медных пуговицы (в данном случае, общее число 7, видимо, важнее, чем принцип симметрии). Размах рукавов – 52 см. В Тильтиме для домашнего "бога" был пошит халат из красного и черного сукна. Длина халата 45 см. Подол, борта и рукава оторочены лисьим мехом. Под мышками, на краях рукавов и спинке пришиты медные бубенчики. Богатой, но необычной "змеевидной" орнаментике этого изделия трудно подобрать аналоги. В Оволынгорте жертвенным даром являлся халат из белой байки с нашитыми оловянными литыми розетками и лентой золотого позумента по краю. Он выполнен с подкладом, завязками, подмышками из белой замши. Размах рукавов халата 95 см. Время его изготовления относится к концу XVIII – началу XIX вв.

Дарили духам-покровителям обувь - сапоги из зеленого сукна (Евригорт) или черной кожи (Анжигорт, Зеленый Яр), а также головные уборы, например, фуражки (Зеленый Яр). В Вытвожгорте подношением "кумиру" стали миниатюрные кожаные рукавицы (длина 8 см), орнаментированные вышивкой нитками из подшейного волоса оленя. В Анжигорте хозяева святилища пошили своему покровителю миниатюрную подушку вытянутой прямоугольной формы (размеры 12 х 6 см) из красного и зеленого сукна с инкрустацией, внутри она набита опилками. Интересно, что в одном из мансийских сказаний дух просил у Верховного бога одеяло и подушку для своей постели [Kannisto, 1958, S. 134].

Как и в других группах обских угров, у северных хантов принято делать специальное подношение по поводу прибавления в семействе. После рождения мальчика духу-охранителю подносят миниатюрные луки с тетивой из веревки и привязанными стрелами с тупыми наконечниками, сопровождая их пожеланием, чтобы мальчик вырос метким и удачливым охотником. После рождения девочки подношение в виде суконной игольницы с инкрустацией делают Калтась, при этом просят богиню о том, чтобы девочка стала умелой мастерицей.

Многие духи-покровители почитаются как древние богатыри, в связи с чем особым даром для них является оружие и предметы защитного снаряжения. Железные сабли без рукояти хранятся в амбарчиках и на чердаках в Мувгорте, Нимвожгорте, Зеленом Яру; в Ишварах одна сабля в ножнах вставлена между досками крыши, другая положена в стоящий на чердаке сундук; в Оволынгорте польская сабля XIX в. лежит в амбарчике на полке под медвежьей шкурой. В Вытвожгорте семейному покровителю поднесены массивный железный наконечник копья и два костяных наконечника стрел. Среди даров встречаются щитки для защиты запястья лучника от удара тетивы при стрельбе из лука: это средневековый серебряный щиток с изображением птицы (Ямгорт), щиток из оленьей кости (размеры 9 х 4,5 см) и имитации щитков в виде медных согнутых вдоль оси овальных блях 1834 г. с изображением оленя (Оволынгорт, Зеленый Яр).

Вместе с домашней культовой атрибутикой хранится и жертвенная посуда, которая, с одной стороны, является даром или собственностью духа-покровителя, а с другой стороны, используется хозяином дома и другими присутствующими во время обряда. Это может быть как искусно вырезанная костяная ложка (Вытвожгорт), так и металлическая посуда, включая серебряные рюмки. В Ямгорте для этой цели использовали серебряный стакан московской работы 1854 г. На память приходят слова И.Г. Георги, сказанные им о северных остяках: "…есть между ними и заживные люди, которые имеют у себя кроме оленей изрядные серебряные стаканчики и другие сим подобныя вещи" [Георги, 1776, с. 81].

Ряд предметов, поднесенных духам-покровителям, выполнял магическую функцию, направленную главным образом на обеспечение удачного охотничьего или рыбного промысла. Для этой цели, в частности, использовали приобретенные у приезжих купцов или в городах на ярмарках медные и посеребренные блюдца и прямоугольные пластины, выполненные преимущественно в Тобольске в конце XVIII – середине XIX в. На них с помощью чеканки и гравировки была нанесена сцена охоты на животных (чаще всего оленя) и птиц. В семейных амбарчиках обнаружены: медная пластина, размеры 21,4 х 5,4 см (Оволынгорт), фрагмент пластины (Нимвожгорт), медное блюдце (Ханты-Мужи), жестяная пластина (размеры 22 х 5,5 см) и медное посеребренное блюдце (Зеленый Яр).

Для обеспечения успешной охоты в Хорьере духу-покровителю была поднесена деревянная фигура оленя, завернутая в желтый шерстяной лоскут. Длина фигурки 27 см. Она изготовлена в конце XIX в. Ноги оленя выполнены из больших железных гвоздей, рога – железные (возможно, правый рог – фрагмент средневекового серебряного витого браслета или височной подвески). К шее оленя привязан медный бубенчик. Рот залит полоской олова, такая же полоска идет поперек зада оленя. Выделены деревянные короткий хвост и половой орган. Сверху фигурка оленя обмотана лоскутом ткани, красным шерстяным шнуром, узкой полоской позумента.

В "святом" сундуке на чердаке дома в пос. Зеленый Яр хранятся алюминиевые фигурки волка с медной цепью на шее и оленя, кусок мха-ягеля (питание оленю); при совершении обряда хозяева жилища просят богов, чтобы волки не трогали оленей. Подобные атрибуты были зафиксированы у березовских хантов и сосьвинских манси [Иванов, 1970, с. 58; Гемуев, 1990, с. 129 – 130].

На дне сундуков часто встречаются речные раковины, завернутые в лоскутки материи (Евригорт, Оволынгорт, Нимвожгорт). Сынские и березовские ханты, ляпинские манси относят их к святым вещам: согласно поверьям, они приносят удачу в рыбной ловле [Бауло, 2002а, с. 16]. С этой же целью семейному "кумиру" в Евригорте был положен калданный камень с изображением двух рыб.

В домашних святилищах хранятся и лисьи шкуры. Это может быть первая добытая на охоте лисица или шкурка, которую приносит духам мужа входящая в новый дом молодая жена. В другом варианте на свадьбу делают связку из двух лисьих шкур (муж и жена) с привязанными к ней платками Если кто-то из супругов умирает, одну шкуру и ленточку от связки кладут ему в могилу. В Овгорте связка состояла из трех шкурок лисы: во время жертвоприношении оленя гость привязывает к этой связке от себя новый платок. В Ямгорте к связке из двух шкур чернобурок была привязана бронзовая фигурка козла [Бауло, 2002б, с. 149 - 150].

Если нет лисьей шкуры, то духу-покровителю временно кладут лисий хвост, обещая в первом же случае положить шкуру. Впоследствии хвост все равно остается в сундуке. Покойному "от дома" также кладут в гроб лисью шкуру или, если ее нет, хотя бы лисий хвост.

В пос. Ишвары на чердаке дома над святыми сундуками на балку прикреплены несколько связок с лисьими черепами (более 20 шт.). Даже если шкуру лисы приходится продавать, череп жертвуют богу.

У хантов р. Полуй семейным божествам вместе с просьбой об удаче в охоте на соболя подносят плат прямоугольной формы из сукна двух цветов, к углам пришиты серебряные монеты, к центру - кусок меха соболя.

Жертвенным даром являются и деньги, коих в сундуках накапливается множество, часто разных эпох; встречалась даже 5 и 10 руб. золотые монеты 1898 г.

В святые сундуки кладут также найденные необычные вещи, куда относятся как древние артефакты, так и природные объекты.

Находки северными хантами образцов древнего бронзолитейного производства происходили в XVIII - XX вв. нередко. Их воспринимали либо как материальные свидетельства существования легендарных богатырей-предков, либо как послание свыше, знак удачи и особой благосклонности к человеку со стороны небесных сил. На дне святых сундуков встречаются рукояти ножей, антропоморфные личины, фигурки животных и птиц [Тыликова, Бауло, 2001; Бауло, 2002б]. Жертвенными дарами нередко являлись и серебряные изделия, произведенные в Волжской Булгарии и Прикамье в XII – XIV вв. В большинстве своем они были найдены хантами в составе "кладов". Можно упомянуть обломок пластины, украшенной пирамидками и ромбами зерни, сканными поясками, со вставкой из красного стекла в серебреной прямоугольной рамке, с двумя поздними гравировками в виде птицы и рыбы (Оволынгорт); серьгу (Хорьер); девять "браслетов" и щиток лучника (11,4 х 6,8 см) с изображением орла (Ямгорт).

Из природных объектов в домашних святилищах чаще всего встречаются камни: ровной круглой или же наоборот - причудливой формы. Так в священной нарте в пос. Мувгорт хранится камень, напоминающий позвонок животного.

У северных хантов существует развитый культ предков, связанный с изготовлением изображений умерших людей [Соколова, 1990]. "Болваны, после умерших… имеют также себе почтение… сыновья его сажают вместе обедать, откладывают ему особливо и просят, чтоб покушал. Сие продолжается чрез целой год… и жена, естьли мужа любила, а он умер, то сделает себе в знак памяти болвана, потчует его и всячески довольствует, и с собою на постелю спать кладет…" (1771 г.) [Зуев, 1947, с. 42]. "Когда муж умрет… жена… зделает себе болван и на оной наденет платье мужа своего, и ночью кладет с собою, а днем ставит пред глазами… и сие продолжает целый год…" (сообщение 1784 г.) [Андреев, 1947, с. 102]. По материалам 1821 г. лекаря В. Шаврова, "Остяки делают еще после всякого умершего в семействе… деревянного болвана, выделанного руками женщин, которые в продолжении трех лет имеют его своим Пенатом и отдают все почести, принадлежащие божеству. За всяким обедом… подают ему все, что у них приготовлено… По прошествии же трех лет хоронят болван сей. Ежели же умирает Шаман, то в честь памяти его также делают болвана, но уже не одне женщины его рода, а также и мущины… поклоняются как божеству" [Цит. по: Белявский, 1833, с. 98 – 99].

Современные изображения умерших (иттарма) достаточно подробно описаны в литературе практически по всем локальным группам северных хантов [Соколова, 1975а; 1975б; 1990, и др.; Кулемзин, 1986; Головнев, 1995; Талигина, 1995; 1998]. Иттарма изготавливают по-разному: фигурку человека отливают из свинца или вырезают из куска дерева, отколотого от шеста чума или венца сруба дома, где жил покойный. Поверх фигурки надевают халаты и шубку из оленьего меха. Время хранения иттармы в семье покойного варьируется в локальных группах хантов; в большинстве случаев изображения умерших переходят в состав духов-предков, охраняющих семью.

Из свинцовых изделий в семейных святилищах северных хантов встречаются изображения животных, птиц и рыб. С магической целью обеспечения рыбного промысла отливали фигурки длиной 5 - 9 см муксуна, нельмы и осетра (Евригорт, Мувгорт, Нимвожгорт). Для временного замещения жертвы использовали свинцовую (Нимвожгорт) или берестяную (Вершина Войкара) фигурку оленя. В случае непреднамеренного убийства или нанесения вреда священным животным (лягушке или ящерице) ханты выдалбливали в куске дерева форму, заливали свинцом и, завернув в тряпочку готовую фигурку, убирали ее в "святой" ящик [Соколова, 1975б, с. 145, 148; Перевалова, 1996, с. 85; Бауло, 2002а]. В домашних святилищах встречены: в Оволынгорте - свинцовая лягушка в тряпице, в Евригорте - фигурка лебедя длиной 8 см, в Мувгорте - фигурка выдры длиной 7, 1 см, в Нимвожгорте – фигурка ящерицы в лоскутке, окропленном кровью; в пос. Зеленый Яр - фигурка кошки длиной 10 см (ипостась Казымской богини), обвязанная лентой.

Зоо- и орнитоморфные фигурки из свинца выполняли также роль помощников духов-покровителей. Их часто можно отличить по отсутствию специально выполненной одежды, придающей фигурам духов антропоморфный облик. Это связано с тем, что помощники выполняли свои функции в облике животных и птиц. В пос. Овгорт в священной нарте в отдельном свертке с лентами и кольцами хранятся семь свинцовых отливок: три птицы (длина каждой фигурки 9 см) и четыре "ящера" (длина 8 см).

В домашних святилищах северных хантов имеется немало атрибутов, связанных с почитанием Ем-вож-ики (медведя). После медвежьего праздника оставляют в составе культовой атрибутики шкуру (Мувгорт, Оволынгорт), череп с лапами (Ишвары, Ханты-Мужи), скальп убитого животного (Евригорт, Оволынгорт, Вытвожгорт, Ямгорт). В священной нарте в пос. Овгорт хранят скальп с головы медведицы и три набитых сеном чучела не родившихся медвежат.

Рис. 11. Маски для медвежьего праздникаДля драматических сценок праздника на Сыне изготавливают деревянные маски, которые раскрашивают сажей, бороду заменяет узкая полоска оленьей шкуры, а также деревянные "головы журавля". Мужчины, выступающие в роли богатырей-предков надевают специальные очелья. В Ямгорте это было средневековое серебряное очелье (Волжская Булгария или Прикамье), примотанное кожаным шнурком к выструганной деревянной пластине; в Ханты-Мужах на суконных лентах посеребренная (размеры 24 х 4 см) и медная (размеры 24 х 6,6 см) пластины тобольской работы начала XIX в. с охотничьей сценой. В ходу ритуальные рукавицы с изображением медведя (Овагорт, Анжигорт, Вытвожгорт) или зеркально расположенными крестообразными фигурами (Евригорт), а также халаты.

Рис. 12. Шаманский бубен с двумя фигурами духовИз шаманской атрибутики в домашних святилищах можно встретить ритуальные железные сабли, а также палаши и шпаги конца XVIII в., которые использовали для ворожбы; связки стрел для камлания в "темной юрте"; бубны с крестообразной или вильчатой рукоятью. В пос. Овгорт и Тильтим (сынские ханты) зафиксировано два случая, когда внутри бубна хранят мужскую и женскую фигурки; это муж и жена – духи бубна. В пос. Зеленый Яр для борьбы со злыми духами шаманом были изготовлены кованные медные нож и лук (длина 33 см) с двумя стрелами на тетиве-проволоке. Головные уборы шаманов представлены двумя шапками. Первая шапка сшита из шерстяного сукна красного, желтого, зеленого, черного и синего цвета. Ее нижняя часть (диаметр 35 см) из двух поперечных полос сукна, оторочена медвежьим мехом; верхняя часть из 12 клиньев сукна. Макушка шапки выполнена из круглого куска ткани зеленого цвета; к краю этого куска пришит лоскут медвежьей шкуры в виде полумесяца. Вторая шапка сшита из сукна зеленого, черного и красного цвета, нижний край оторочен мехом. На лицевой стороне - стилизованное изображение бегущей восьминогой особи с хвостом и головой; в центре нашита фигура из красного сукна, напоминающая очки. Над полоской меха пришиты семь пуговиц.

Рис. 13a. Головной убор шамана
Рис. 13b. Головной убор шамана

Для умилостивления богов и духов-покровителей в домашних святилищах совершают жертвоприношение, в ходе которого просят о даровании благополучия членам семьи. В зависимости от способа угощения духов обряды подразделяют на йир "кровавое жертвоприношение" и поры "бескровное жертвоприношение". Во время первого обряда жертвуют домашних животных, во время второго пользуются заранее приготовленными продуктами, свежей рыбой, дичью. Дары духам преподносят также в виде мехов, тканей, сукна, металлических изделий. Крышки вместилищ семейных святынь приоткрывают, в священный угол, а также у очага и на улице с задней стороны дома ставят угощение духам-покровителям - пищу и спиртное.

У сынских хантов при каждом угощении готовят два стола (мужской и женский) и отдельную чашу. Столы расставляют по двум противоположным направлениям: мужской стол ставят к переднему углу, женский стол - в сторону двери, где находится фигура Кур илпи ики. В отдельно поставленную чашу хозяйка дома раскладывает ту же пищу, что подается и на столы. Хозяин выносит эту чашу к духам, находящимся в священной нарте или амбарчике [Талигина, 2002, с. 45 и др.]. Церемония "угощения" духов происходит и на чердаке, если там хранятся "святые" вещи.

Обряд в честь Небесного всадника выглядит на Сыне следующим образом: хозяин животного надевает на голову священную шапку, на себя – ритуальный пояс, на спину оленя кладет жертвенное покрывало. Оленю обрезают кончик хвоста и хозяин дома вместе с животным обходит жилище семь раз в направлении "по солнцу". Таким образом жертвенной кровью окропляют пространство вокруг дома, демонстрируя, что жертва совершатся ради благополучия живущих в нем людей. Перед закланием оленя семь раз хором выкрикивают обращение к Богу, затем покрывало снимают. Жертвенную кровь обязательно капают на полотнище.

Духу Нижнего мира и его шести сыновьям, живущим в семислойном подземелье высотой с собачий хвост, мужчины приносят в жертву оленя темной масти, женщины - семь черных рубах, сшитых одной ниткой [Головнев, 1995, с. 569].

Заключение

Домашние (семейные) святилища на протяжении XVIII – XX вв. выполняли важную функцию поддержания контактов между миром людей и миром богов в условиях существования локальных, небольших по размеру, поселков северных хантов. Подвергшись последовательно натиску насильственной христианизации, атеистической идеологии, вмешательству государственных органов в частный мир хантыйской семьи, святилища в итоге смогли остаться тем островком стабильности, на котором основан традиционный уклад жителей Сибирского Севера.

Список литературы:

  1. Андреев А.И. Описание о жизни и упражнении обитающих в Туруханской и Березовской округах разного рода ясачных иноверцах// СЭ. - 1947. - № 1. - С. 84 - 103.
  2. Бауло А.В. Семейные фетиши Сайнаховых в Щекурье // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. Мат. VII Годовой итоговой сессии ИАЭТ СО РАН. - Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 1999. - Т. 5. - С. 586 - 590.
  3. Бауло А.В. Богатырь и невеста (серебряное блюдце с р. Сыня) // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2001. - № 2. - С. 123 - 127.
  4. Бауло А.В. Культовая атрибутика березовских хантов. - Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2002а. - 92 с.
  5. Бауло А.В. Древний металл из святилищ обских угров (новые находки) // Археология, этнография и антропология Евразии. – 2002б. - № 2. - С. 144 - 155.
  6. Бауло А.В. Иранские и среднеазиатские сосуды в обрядах обских угров // Проблемы межэтнического взаимодействия народов Сибири. – Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2002в. – С. 12 – 27.
  7. Бауло А.В. Сасанидское серебряное блюдо с реки Сыня // Археология, этнография и антропология Евразии. – 2002г. - № 1. - С. 142 - 148.
  8. Бауло А.В., Маршак Б.И. Серебряный ритон из хантыйского святилища // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2001. - № 3. - С. 133 - 141.
  9. Белявский Ф. Поездка к Ледовитому морю. - М., 1833. – 255 с.
  10. Гемуев И.Н. Мировоззрение манси: Дом и Космос. - Новосибирск: Наука, 1990. - 232 с.
  11. Гемуев И.Н., Бауло А.В. Святилища манси верховьев Северной Сосьвы. - Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 1999. - 240 с.
  12. Гемуев И.Н., Бауло А.В. Небесный всадник. Жертвенные покрывала манси и хантов. - Новосибирск: ИАЭТ СО РАН, 2001. - 160 с.
  13. Георги И.Г. Описание всех в Российском государстве обитающих народов. - СПб., 1776. - Ч. 1. – 89 с.
  14. Головнев А.В. Говорящие культуры: традиции самодийцев и угров. - Екатеринбург: УРО РАН, 1995. - 606 с.
  15. Зуев В.Ф. Описание живущих в Сибирской губернии в Березовском уезде иноверческих остяков и самоедов // ТИЭ., н.с. - 1947. - Т. 5. - 96 с.
  16. Иванов С.В. Скульптура народов Севера Сибири XIX - пер. пол. XX вв. - Л.: Наука, 1970. - 296 с.
  17. Источники по этнографии Западной Сибири. - Томск: Изд-во ТГУ, 1987. - 280 с.
  18. Кастрен М.А. Путешествие по Лапландии, северной России и Сибири (1838 - 1844, 1845 - 1849) // Магазин землеведения и путешествий. - М., 1860. - Т. VI, ч. II. - 436 с.
  19. Кулемзин В.М. Об изображении умерших у северных хантов // Проблемы этногенеза и этнической истории аборигенов Сибири. - Кемерово, 1986. - С. 79 - 84.
  20. Лапина М.А. Люди и птицы в мировоззрении Тэк ики // Обские угры. Мат. II Сибирского симпозиума “Культурное наследие народов Западной Сибири”. - Тобольск - Омск: ОмГПУ, 1999. - с. 185.
  21. Мартынова Е.П. Образ Калтащ-Анки в религиозной традиции хантов // Модель в культурологии Сибири и Севера. – Екатеринбург: Изд-во УрО РАН, 1992. – С. 74 – 84.
  22. Молданов Т. А., Молданова Т.А. Боги земли Казымской. - Томск: Изд-во ТГУ, 2000. - 114 с.
  23. Мурашко О.А., Кренке Н.А. Культура аборигенов Обдорского Севера в XIX веке. По археолого-этнографическим коллекциям Музея антропологии МГУ. – М.: Наука, 2001. – 155 с.
  24. Перевалова Е.В. Две традиции в сакральном отношении к собаке у нижнеобских хантов // Интеграция археологических и этнографических исследований. - Новосибирск - Омск: издание НГПУ, ОГУ, Омск. филиала ОИИФФ, 1996. - Ч. 2. - С. 83 - 87.
  25. Перевалова Е.В. Войны и миграции северных хантов (по материалам фольклора) // Уральский исторический вестник. – Екатеринбург. – 2002. - № 8. – С.36 – 58.
  26. Соколова З.П. Новые данные о погребальном обряде северных хантов // Полевые исследования ИЭ 1974 г. - М., 1975а. - С. 165 - 174.
  27. Соколова З.П. Находки в Шишингах (культ лягушки и угорская проблема) // СЭ. - 1975б. - № 6. - С. 143 - 154.
  28. Соколова З.П. О культе предков у хантов и манси // Мировоззрение финно-угорских народов. - Новосибирск: Наука, 1990. - С. 58 - 72.
  29. Старцев Г. Остяки. - Л.: Прибой, 1928. - 152 с.
  30. Талигина Н.М. Описание похоронного обряда сынских хантов // Народы Северо-Западной Сибири. - Томск: Изд-во ТГУ, 1995. - Вып. 2. - С. 130 - 140.
  31. Талигина Н.М. Потусторонние субстанции человека в представлениях сынских хантов // Народы Северо-Западной Сибири. - Томск: Изд-во ТГУ, 1998. - Вып. 6. - С. 42 - 48.
  32. Талигина Н.М. Обряды жизненного цикла в традиционной культуре сынских хантов. Дисс-я на соиск. уч. ст. к.и.н. – Томск, 2002. – 232 с.
  33. Тыликова Е.И., Бауло А.В. Древности Нижнего Приобья в фондах Овгортского краеведческого музея // Археология, этнография и антропология Евразии. - 2001. - № 1. - С. 127 - 134.
  34. Федорова Н.В. Блюдо со львами: пять жизней за тысячу лет // Вестник УрО РАН. – Екатеринбург, 2002. – Вып. 2. – С. 107 – 115.
  35. Финш О., Брэм А. Путешествие в Западную Сибирь. - М., 1882. - 540 с.
  36. Шабаев Ю.П., Уляшов О.И. Шурышкарские ханты: проблемы культурной эволюции // Проблемы межэтнического взаимодействия народов Сибири. – Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2002. – С. 120 – 129.
  37. Kannisto A. Materialien zur Mythologie der Wogulen // MSFOu. - Helsinki, 1958. - Vol. 113. - 444 S.

Список иллюстраций:

  • Рис. 1: "Святой" сундук и шпаги конца XVIII в. на чердаке дома.
  • Рис. 2: Домашнее святилище на чердаке дома.
  • Рис. 3: Фигура духа-покровителя с бронзовой средневековой личиной.
  • Рис. 4: Основа фигуры божества – русская медная бляха втор. пол. XVIII в.
  • Рис. 5: Семейный дух-покровитель.
  • Рис. 6: Железный шлем (а) и голова духа-покровителя в "шлеме" (б).
  • Рис. 7: Штаны духа-покровителя.
  • Рис. 8: Серебряное блюдо с изображением филина, стоящего на олене, и утки.
  • Рис. 9: Серебряное блюдо с изображением всадника, убивающего льва.
  • Рис. 10: Халат духа-покровителя.
  • Рис. 11: Маски для медвежьего праздника.
  • Рис. 12: Шаманский бубен с двумя фигурами духов.
  • Рис. 13: Головные уборы шаманов (а, б).
   
© Ямальская археологическая экспедиция, 2003-2017
Яндекс цитирования